?

Log in

No account? Create an account

Перверзные нарциссисты, психопаты


Previous Entry Share Next Entry
Страшные тайны моей семьи. Окончание
tanja_tank
Чудовище Родион

Чудовище родилось в обычной советской семье. Отец чудовища - моряк, мать — художница по ткани. Всего в семье было три ребенка, все мальчики, чудовище - старший из них. Отец пил периодически, мог треснуть за хулиганство, но если он пил или бил детей, он получал от жены таких люлей, что вскоре перестал это делать.

Мать чудовища любила своих детей и меня тоже. Дедушка кормил меня оладьями и пирогами, ничего плохого я от него не видела, от бабушки осталось только одно воспоминание.

Лето, я сижу рисую корабль и отец сказал, что он некрасивый и стал ржать, меня это разозлило и я схватила швабру и стала тыкать в него и говорить «иди палубу драй» - это из рассказов дедушки о жизни на судне. Бабушка смеялась, отец бесился и она сказала «это она еще маленькая, а подрастет еще - получишь». А потом бабушка умерла. Еще один трос порвался.

Братья чудовища - успешные люди, один брокер, другой научный работник, у них есть свои дети, это все, что мне известно об их жизни.

Они тщательно оберегали своих детей и жен от чудовища, поэтому не сообщали, где они находятся. Однажды они меня искали. Я уже выхватила у матери трубку, но она меня оттолкнула. Мать сказала, что ее разозлило то, что дядя Ильнур сказал: «Я не хочу ничего знать про Родиона, я хочу слышать Кристину». Откуда он звонил, где он был, почему, этого я не знаю и уже не узнаю.

Тогда я поняла, что мама сама страдает и вероятно хочет, чтобы мне ну ни в коем случае не было хорошо. Дядя Ильнур рассказывал мне, что Родион любил избивать их с братом, когда они были маленькими. У Ильнура были тики, а у Ильмира энурез.

Чудовище всегда выглядело как красный молодец. Высокий, накаченный кареглазый брюнет с хорошим чувством юмора на людях, иногда правда перегибающий палку под действием алкоголя, но с кем не бывает. Любил читать Ницше и Фрейда, подчеркивал в книге все цитаты, унижающие женщин. Когда я в старшей школе принесла одну из этих книжек на урок, учительница пролистала мою книжку и сказала «кого-то зациклило», я сказала, что это книга не моя. Это кажется единственное в чем он прокололся.

Никто не знал, что творится у нас дома, а те, кто узнавал - не верили, со временем я перестала говорить об этом со взрослыми. Я нашла себе друга в шесть лет, у него дома был кошмар и мы поддерживали друг друга, но об этом позже.

О том, что происходило у нас дома, трудно было кому-либо говорить еще и потому, что Радик действовал очень изощренно и у него всегда для окружающих был сияющий фейс. Боялись его только дети и некоторые взрослые.

Вот что он делал:

- физическое и сексуальное насилие.

1. Однажды я после школы зашла к дедушке поесть оладушек, и когда я их ела, внезапно ворвался отец и ударил со всей силы сперва меня, потом дедушку (своего отца). Я не знаю, что было бы, если бы в квартире не оказался младший брат отца, дядя Ильнур. Он схватил его и стал кричать, чтобы он прекратил. Когда чудище успокоилось, оказалось, что оно приревновало меня к дедушке(!).

Ильнур сказал, что если еще раз увидит подобное, сразу же сообщит куда надо и меня у отца отберут. Больше на людях отец не позволял себе такого.

На самом же деле он просто хотел изолировать меня от окружения, которое могло бы мне помочь. Когда мы шли домой, он говорил мне, что если еще раз пойду к дедушке и к Ильнуру, он убьет маму. И так серьезно спросил меня «ты же не хочешь, чтобы я убил маму?» Я ответила, что не хочу и действительно больше не ходила к дедушке. Дедушка и дяди пытались приходить к нам, но отец запрещал открывать им дверь и со временем они перестали.

2. Всю младшую школу он «объяснял мне математику». Он садился делать со мной уроки и если с первого раза я неправильно отвечала, он начинал меня бить. Cперва по спине, потом уже и по голове и больно щипался. Когда я говорила об этом маме, он выплывал на кухню с сияющим лицом «ой она все придумывает, ну прикрикнул чуток». Но вскоре меня стало трясти, это заметили в школе и сказали матери на родительском собрании. Как только учительница повышала голос и подходила ко мне, я закрывала голову руками и тряслась.

Мать пришла после собрания злая и стала кричать на чудище. После этого у меня появился репетитор по математике и это казалось мне раем.

3. Ему нравилось пугать меня и мать. Он мог взять ремень или скакалку, сложить вдвое, подойти, сеть напротив и , поймав взгляд, и со всей силы хлестануть ремнем воздух возле глаз. Это вселяло в меня ужас, я цепенела от страха, и он это знал и чувствовал.

Он также знал, что мать боится физической агрессии и во время ссоры он хватал ее за запястье и наслаждался страхом в ее глазах. Однажды он чуть не сломал ей руку так. Он мог толкнуть ее c такой силой, что она получала травмы. Однажды он толкнул ее с лестницы. В травматологии говорил, что он «пошутить решил», действительно, гипс на месяц - это же так смешно. Он получал удовольствие от беспомощности матери, пока она болела, он все время был в приподнятом настроении.

4. Когда мне было семь, он сломал мне палец. Я прыгала в гостиной через обруч и неудобно приземлилась, подвернула ногу и стала громко плакать, чем отвлекла его величество короля дивана от выпуска новостей, он вбежал в комнату со злющей рожей и стал орать «чо у тебя тут? Чо орешь-то?». Я показала ему ногу, пальцы были немного опухшие и красные, я очень зря это сделала, потому что он присел на корточки и дернул меня за палец, кажется я вырубилась от боли, обмороки - вообще мое спасение.

На вопросы матери он сказал, что «тупорылая бестолочь допрыгалась». Тем временем палец чернел, мать ходила причитала, но скорую не вызывала, потому что он ей сказал «приложи ей мочу, завтра в школу пойдет», мать сказала, что он ненормальный, но мочу приложила, это было унизительно.

Но хорошо, что их сон был здоров, я доползла до кухни и позвонила дедушке, кажется я сказала «деда, мне конец, приезжай». Потом я незаметно открыла замок сперва на нашей внутренней двери, а внешняя, общая с соседями дверь, была открыта.

Через какое-то время приехал дядя Ильмир и забрал меня, мы поехали в больницу. Я плакала и рассказала дяде и врачу правду, палец и вправду был словно выдернут, мне наложили гипс, дали таблетки и мы стали выходить. У двери стояли "красавица" и "чудовище", и я стала кричать «он сломал мне палец, это он сломал мне палец!» Вышел доктор и вежливо попросил моих родителей зайти.

Мы с Ильмиром отправились к дедушке и пока я болела, я жила у него, ко мне приходили одноклассники и было весело. После разговора с врачом чудище стало более осторожным в своих развлечениях и больше конечности мне не отрывало.

5. Он организовал дома кружок по каратэ и к нему ходили мальчишки. Деньги он не брал за это. Cквозь стеклянную дверь гостиной я видела как он их тренирует, это не было похоже на нормальную тренировку, он бил их слишком сильно и часто смеялся над ними.

Однажды он скрутил Павла и изнасиловал, потом Павел плакал у нас в ванной комнате, а я все ждала его. Он прокричал ему, мол, вот что с тобой будет в армии, если будешь таким рохлей. Когда Павел успокоился, я взяла его за руку и мы пошли в кафешку есть мороженое. К тому моменту, Родион меня уже насиловал, маму тоже и я сказала Павлу, что отец со всеми так делает и что он урод.

Думаю, что насилие ужасно тем, что оно вот такое будничное и человек совершенно беззащитен, потому что не чувствует, что в обществе может получить поддержку, потому что царящая культура изнасилования виноватит потерпевших, а не насильников, потому что это самый легкий путь решения проблемы — просто закрыть глаза. Ребенок, женщина, парень — никто из нас не пошел в милицию, никто из нас не был уверен, что там вообще об этом можно говорить.

Больше Павла я не видела. Но он был другом моего дяди Ильнура и рассказал ему. Был большой скандал и Ильнур плакал, нет - выл на ковре в моей комнате, а отец только ухмылялся. Ильнур уехал на Север, потому что не мог жить после такого рядом с Родионом (город маленький). Наверное он знал, что без него мне совсем край будет, потому что он простился со мной очень по-человечески. Несмотря на то, что я была маленькой, он общался со мной как с другом, мы пошли в парк и хорошо провели день, к вечеру он заплакал и обнимал меня долго. Это был хороший день, потому что я написала о нем в дневнике.

6. Он решил «сделать из меня человека». Он «учил меня приемам каратэ», на деле же он просто бил меня и заставлял бить в ответ. Он мог отбросить меня в другой конец комнаты и когда я плакала и говорила, что расскажу маме, то он только ржал в ответ «и что ты ей скажешь? что мы занимались каратэ?»

Но маме я говорила и говорила постоянно, показывала ей синяки. Она стабильно орала на него и уходила на работу, а меня ждал еще один ужасный день. Я надеялась, что со временем он выйдет на работу и это прекратиться наконец. Но он и не думал о работе, на все разговоры матери о трудоустройстве, он говорил, что «будет заниматься ребенком и домом, где ты еще такого мужика найдешь?»

Мать скептически к этому относилась, но приходя домой, она больше не видела пьяного мужа, она видела чистый ковер, обед на плите и думаю, смирилась c таким положением дел. Причем когда матери не было, чудище говорило, что у нас ненормальная семья, потому что это женщина должна ухаживать за мужем, а не наоборот, просто «мама у нас сука — карьеристка, что ж делать» и такую скорбную мину еще делал.

Cо временем, конечно же, он перестал все это делать, потому что «а чо ты уже выросла, что трудно матери что ли помочь?» Я как-то спросила его, а зачем он вообще нужен, он в расстроенных чувствах крикнул «я отец», оскорбился и устроил бойкот на неделю, счастливое было время, потому что на тот момент он меня задолбал своим Ницше и восточной философией.

- контроль

1. У меня была своя комната, но он совершенно спокойно мог зайти, сесть за комп или хранить вещи в моем шкафу. Я все свои деньги, дневник и пр. ценности всегда таскала с собой. Я была уверена, что он швыряется в моих вещах. Чем больше он не пил, тем злее он становился.

2. Он требовал от меня отчета о том, где я была и что я делала, в мельчайших подробностях.

3. С порога он спрашивал меня об оценках и одноклассницах(ках). Когда я отказывалась разговаривать с ним, он оскорблялся и уходил, но тогда вообще нельзя было расслабиться, потому что он уходил в гостиную и начинал бросаться вещами в стену, мог что-то разбить или начинал тихо разговаривать сам с собою, матерясь на меня.

На меня такое поведение наводило ужас и я решила сделать вид, что не против дружеского общения с отцом (а он именно так называл свои допросы). Сперва я и вправду рассказывала, что происходило в школе и с кем дружу, но со временем я стала более осторожной и врала ему, т. к. под маской хорошего отца он приглашал моих подруг в гости и втирался к ним в доверие, а они потом говорили «какой классный у тебя папа», я молчала и была напряжена.

Со временем выяснилось, что он пристал к двум моим подругам, больше подруг я не звала, а поскольку он продолжал контролировать мою жизнь, я cтала таскать домой знакомых парней и таких, которые понаглее. Отец со временем от нас отвалил, сказав, что у меня долбанутые друзья-гопники. Отца приводили в бешенство такие диалоги:

Родион: - Вас здороваться что ли не учили, молодой человек?
Приятель: — Неа.
Родион: - В армию-то собираешься?
Приятель: - А тебе-то что, дядя?
Родион: - А ты чего мне грубишь-то?
Приятель: - Чо ты такой прилипчивый, дядя, а?
Родион: - Кристина говорила, что ты еврей...
Приятель: — А у тебя чо, печка что ли есть?

Чудище било меня в любом случае, так что не сопротивляться не имело смысла. Это только так кажется, что чем тише сидишь, тем меньше тебя бить будут. После таких диалогов отец терял хотя бы чуть-чуть контроль над ситуацией. Важно, что парни, которые так с ним разговаривали, сами страдали от жестокого обращения дома и они были достаточно злы и отчаянны для такого поведения и к тому же понимали меня без слов. Это немного облегчало мне жизнь.

4. Он контролировал мой внешний вид. Он запрещал мне сделать прическу, которую я хотела, запрещал мне носить джинсы и цветные колготки. В подростковом возрасте я взбунтовалась.

У меня была подруга, которая с родителями уезжала за границу и раздавала свои вещи. Она составила из своих вещей мне классный гардероб и, заработав и накопив достаточно денег, я сделала себе карэ и купила красивые очки. Когда отец увидел меня, то пришел в бешенство и побил меня.

На следующий день я все равно оделась как мне нравится и почувствовала, что мое тело принадлежит мне. В школу я пришла с рассеченной губой и учительница вызвала маму и что-то говорила ей про сложности переходного возраста и «ну нельзя же так». Потом я еще не раз стриглась еще короче и он каждый день смеялся надо мной, а когда я плакала или орала на него в ответ он повторял свою любимую фразу «ты шуток не понимаешь».

5. Он контролировал мою личную жизнь и ненавидел человека любого пола, национальности и пр., которые встречались со мной, дарили цветы, общались и имели интимные отношения. Он смеялся над их подарками для меня, к примеру, мог выбросить цветы или часы, если я вдруг оставляла их дома, при этом он был подчеркнуто любезен со всеми этими людьми и со стороны я выглядела излишне напряженным параноиком, избегавшим общения с папой.

Все эти люди, по мнению чудища, «лишь хотят трахнуть» меня, а я наивная дура верю в их искренность и любовь.
Когда все же у меня случились первые серьезные отношения с девушкой и я была уже не в своем городе, в ответ на мой каминг-аут, он сказала и я это никогда не забуду, с такой ненавистью были сказаны эти ужасные мерзкие слова: «Ты просто садомазохистка и извращенка, я давно за тобой это заметил. У тебя просто не было мужика нормального».

Я ему ответила, что у меня-то были мужики нормальные, а «ты что на своем опыте проверял какой мужик нормальный, а какой нет, раз так хорошо разбираешься?» Хорошо, что я позволила себе так разговаривать, когда была от него за 2000 км, так как думаю, что он меня бы изнасиловал, будь я с ним в одной квартире, потому что…

6.  Однажды друг моего отца увидел меня в компании девушки, мы прощались на вокзале и в порыве чувств она забыла об осторожности и поцеловала меня. Конечно это сообщили отцу, я пыталась отшутиться, мол, это был дружеский поцелуй, что лучшие подруги часто так делают, он вроде отстал, но сканировал меня страшными своими глазами каждый раз, когда я проходила мимо него, это вселяло в меня ужас.

На следующий день, он видимо решил меня «вылечить». Я стояла на кухне и варила гречневую кашу. Он незаметно подкрался ко мне и схватил меня за задницу, а потом стал лапать грудь. Я испугалась, но организм среагировал на угрозу. Мне удалось вывернуться, схватить кастрюлю и сперва ударить его ею по плечу, потом по голове и приложить дном к животу. Гречка естественно посыпалась на него, он орал и матерился на меня, махал руками, залепил мне по уху. Я убежала из дома к приятелю.Вечером позвонила мать и сказала, что папа «огорчен» мною.

Я рассказала то, что случилось и получила ответ «ты все преувеличиваешь» и «сама небось вертела жопой» и любимую фразу этой больной семейки «ОНЖИПАШУТИИИИЛ!!!!» Да пошла ты, мам.

- атмосфера инцеста

Это всегда было в воздухе. Он слишком беззастенчиво смотрел, слишком интимно обнимал, всего было слишком и одновременно с этим невозможно было сказать, а что собственно не так, ведь он вел себя так, как будто такое поведение единственное нормальное, что это у меня нет чувства юмора и это я не хочу “дружеских отношений с отцом».
Этот воздух инцеста выражался так например:

1. Ни в туалете, ни в ванной комнате не было на двери защелок. Это нужно было для того, чтобы, когда я моюсь можно было ввалиться под предлогом забывчивости чего-либо,и, когда я в смущении пряталась в мыльную, пену гаденько так хихикать и подмигивать. Он вообще часто мне подмигивал, мерзко улыбаясь.

2. Приняв ванную, он всегда выходил оттуда голый и медленно шел в гостиную, при этом часто останавливался возле моей комнаты и ему непременно нужно было что- нибудь спросить у меня. Обычно я отворачивалась и не разговаривала, тогда он фыркал и злился. Придя в гостиную обычно он в таком же виде разваливался на диване смотреть телевизор, потому что у него видите ли «солнечные ванны» и его коже «необходим кислород». Как-то мать жестко поговорила с ним на эту тему, тогда он стал легонечко так прикрывать полотенцем нижнюю часть туловища. Атмосферу дома это никак не изменило.

3. На мои дни рождения, подарив мне очередную ненужную дребедень, он норовил поцеловать меня в шею или за ухом. Мое отстранение воспринималось как великое оскорбление любящего отца

4. Он мог начать обсуждать со мной фигуру матери, когда ее не было дома и вообще, какая она в молодости была красивая, а теперь она никому не нужна. И даже в присутствии матери, он пытался обсуждать ее новую помаду или прическу со мной.
Когда в подростковом возрасте моя фигура стала меняться, он оценивающе смотрел на меня и отпускал мерзкие комментарии, вроде /упругая попка-/ или «какие у тебя красивые ноги». Таким же образом он оценивал внешность моих подруг. Женщины в его мире были лишь кусками мяса.

В дополнение к портрету:

- В детстве он пугал меня и моего двоюродного братика тем, что если мы будем плакать, то он продаст нас в рабство. Говорил он это с совершенно серьезным лицом.

- В его разговоре часто присутствовали мизогинные шуточки, а когда мы с матерью обижались, он говорил свое любимое «ну я же пошутил!». Вообще все жестокое для него было смешным.

- Он бил домашних животных. А иногда и убивал. Так он однажды в порыве злости избил мою кошку Марту, она забилась под ванную и вскоре умерла. Поскольку я часто ее тискала, он мне внушил, что в ее смерти виновата я.

Он вылил моих рыбок в унитаз, когда я опоздала к обеду. Для кошек у него была специальная деревянная палка и за любое непослушание он бил их. Часто животные жили только в моей комнате, а по квартире передвигались на полусогнутых ногах, чем ужасно веселили чудище.

- Он пытался приучить меня так обращаться с животными. Однажды Марта от постоянного жестокого обращения с ней напала на меня в присутствии чудовища, тогда он дал мне палку, и пытался заставить бить кошку. Я плакала и отказывалась. Доведя меня до истерики, он закрыл нас с кошкой в темной ванной. Он часто так делал. Для этих целей даже специально был установлен шпингалет с внешней стороны двери.

- Когда я или мать болели, он до последнего называл нас нытиками и говорил, что мы все преувеличиваем. Так, мать однажды слегла с тяжелым бронхитом, а я с обострением грыжи в животе пошла в школу. Нас часто увозила скорая. Когда мы болели он расцветал и называл нас дохликами.

При этом, когда он простужался, мы должны были ходить на цыпочках, ни в коем случае не беспокоить его. Простуду он лечил различными спиртовыми настойками, та же водка, только с травами.

- Каждую весну у него была аллергия и каждую весну он упорно не обращался к врачу для облегчения симптомов. Таким образом он мог еще больше мучить нас, так как у него всегда под рукой было оправдание в виде болезни, ведь «аллергия делает человека раздражительным».

- Он не давал нам пить антибиотики в случае проблем со здоровьем. Почему? А потому что он выписывал всевозможные журналы типа «как вылечить лопухом 33 болезни». А еще он включал нам диск и там под красивую мелодию говорилось «мои легкие здоровы, я посылаю энергию своим легким». Естественно это нам не помогало. Естественно, по его мнению мы просто делали все неправильно,т.к. (привет логика!), оказывается на самом деле нам нравится болеть и мы просто не хотим выздоравливать.

- Он периодически куда-то пропадал и на вопросы где он был начинал на нас орать, мол не наше это дело.

- Несколько раз он в бешенстве врывался в мою комнату и начинал орать на меня. Чудище смотрело на меня своими разьяренными глазами и оскорбляло. Обычно он называл меня «никто», «ничтожество» и что ему «насрать» на меня или что от меня одни проблемы. Первый раз такое случилось, когда я просила у матери деньги на художественную литературу, в другой раз мне требовалась платная консультация у врача. Этих эпизодов было больше, но сильно меня испугали эти два случая.

- Несмотря на то, что он много лет «был в завязке», он несколько раз тайком напивался. Обычно это происходило в значимые периоды жизни, например когда мы переезжали или когда мать получила повышение. В первом случае вместо того, чтобы грузить вещи, он пьяной обоссаной тушей валялся в полупустой квартире и мне пришлось позвать своих приятелей, чтобы помочь перетащить вещи, а матери пришлось звонить своему другу, чтобы перевезти тушу. Было очень стыдно.

Во втором случае он выпил вина и стал приставать ко мне при матери, я его сильно толкнула, он грохнулся на кровать и уснул.
“Теперь ты мне веришь?» - спросила я мать. Она продолжила сидеть в каком-то ступоре, глядя перед собой в пустоту.

- Он часто любил повторять, что дал мне жизнь и свободу и обижался, когда я не признавала его всемогущество.

- Он запрещал нам есть, а если мы объедались в гостях, он заставлял нас вызывать искуственную рвоту, что привело к расстройству пищевого поведения у меня и матери. Нельзя было есть жирное, жареное, печеное, мучное, сладкое.

Что помогло мне выжить

- Построить свою жизнь так, чтобы как можно меньше бывать дома. В итоге я помимо общеобразовательной школы, закончила еще две. Это расширяло кругозор, давало хоть какое-то чувство стабильности и безопасности и помогало развеять постоянный тягучий страх и тяжелые мысли.

В музыкалке на уроках музлитры мы слушали произведения на проигрывателе и там я могла плакать, правда некоторые дети смеялись надо мной, но в целом я просто считалась чувствительной девочкой и никому и в голову не пришло запрещать мне плакать или требовать объяснения по этому поводу. К тому же вдохновляющая музыка помогала мне не падать духом.

В спортивной школе я выражала накопленный гнев и успокаивалась. Я занималась большим и настольным теннисом. Стук мяча меня успокаивал, тело стало более выносливым. К тому же победы и поражения на соревнованиях научили меня никогда не сдаваться и до последнего сохранять присутствие духа.

- Я искала значимых взрослых. Перед тем как найти одного такого взрослого, мне пришлось познакомиться с десятком таких, которых к детям пускать вообще не рекомендуется, но все же я нашла такого человека. Им стал мой тренер. Наученная горьким опытом, я уже не доверяла взрослым, но тренер никогда не лез мне в душу, он просто подружился со мной.

В нашу секцию часто ходили подростки из проблемных семей. Я себя там чувствовала как дома. Тренер старался сделать атмосферу занятий праздничной. Мы часто пили чай после тренировок и он рассказывал нам смешные истории из своей жизни. Он вселял нам веру в себя. Никогда не кричал, не «учил жизни», не считал кого-то потерянным человеком, если кто-то начинал употреблять наркотики. К нему всегда можно было прийти в тренерскую посидеть, поговорить или помолчать. Район был небезопасный и зимой вечером он провожал меня.

Я ни разу ему не сказала, что происходит у меня дома, но было такое ощущение, что он все знал про меня и про ребят. Интересно, что у тренера не было педагогического образования, он рано остался сиротой и вырос в детском доме.

- Ребята из проблемных семей. В шесть лет я познакомилась с мальчиком Лешей. И поняла, что не одинока и что моя детская жизнь не уникальна. Папа Леши оставил его с мамой. Его мама бы наркозависимой проституткой, а еще у него был маленький братик и бабушка. Однажды мама оставила его.

Наше знакомство началось с драки, потому что я ходила за ним как хвостик и всячески нарушала его границы, мне было очень любопытно как он живет, он мне напоминал Гека Фина. Вскоре мы подружились. Поскольку мы были постоянно голодные, мы ходили в заброшенные сады и собирали яблоки и вишню, иногда продавали их и покупали булочки и шоколад. Это был очень сильный человечек, с ним мне было спокойно.

Помню, он однажды радостно мне сказал «мать исчезла», я не понимала, почему он радуется. Мы пошли к нему домой и он затеял «уборку века». В квартире пахло мочой и калом, плакал малыш, спала бабушка. Мы убирались целый день, а потом он сказал «мы справимся» и я ему поверила. Потом мы ходили в одну секцию и вместе ездили на соревнования. Это именно он сказал мне, что мой отец педофил, потому что Лешу тоже насиловали мужчины. И это именно его чудовище почему-то побаивалось. Когда я стала совершеннолетней и бежала из дома и города, он был единственным человеком, который знал об этом. Прощаясь, мы плакали, мы знали, что я скорее всего не вернусь и надеялись на это, но плакали мы не только из-за этого. “Мы выросли, Кристин. Мы справились.”.

Кроме Леши, был Вовчик в вечных синяках, Раиль с задержкой развития, Артур со словами из сплошного мата, Ника из глухой деревни, где ее нашел и забрал в город тренер, чтобы она могла учиться, Айсылу с агрессией и флэшбэками. Все они позволяли мне не чувствовать себя одинокой и беспомощной из-за насилия. У меня были и другие друзья, но именно Леша и ребята волновались, если я не приходила на тренировку и могли завалиться ко мне домой, не обращая внимание на чудище. У них словно был иммунитет от чудовищ и их смелость передалась и мне.

- Я вышла на работу в 14 лет. Мать помогла мне устроиться уборщицей в мэрию. Меня конечно обманывали и платили меньше, чем должны были, но я стала чувствовать себя свободнее. Я смогла покупать книжки, хорошие прокладки и мороженное. Благодаря этой работе и помощи тренера, я смогла оплачивать учебу в гимназии, в которой учились в основном хорошо обеспеченные дети.

- Учеба в гимназии. Там было очень много хороших учителей, которые любили свою работу, плохие тоже были, но это было скорее исключение. Я считала это место своим домом. Нас окружали красивые стены, хорошие книги и фильмы, мы бесплатно ходили в тренажерный зал и бассейн и что очень важно в моем случае — нас там кормили и притом вкусно и можно было взять добавку.

- Не рассказывать о своих настоящих планах. У меня такое ощущение, что я к побегу из дома готовилась с самого рождения. Но они не должны были почувствовать, что я сбегу, иначе мне и ночевать было бы негде и теплые ботинки мне никто бы не купил.

- Приход к феминизму. Знакомство с феминистской матчастью и феминистками позволило осознать системность насилия, а опыт сестринства дает мне надежду и силы, меня вдохновляет история феминизма и в моем близком кругу только феминистки. Я считаю, что имею права не любить мужчин и не испытывать из-за этого осуждение общества, поскольку, когда я не люблю мужчин, я просто не имею с ними никаких важных дел, но когда мужчины не любят женщин, они делают страшные вещи, которые стали настолько обыденными, что даже никого не удивляют. Если бы мужчины не любили меня, так как я не люблю их, я была бы счастлива.

Я верю в феминизм и в то, что лишь объединившись вместе с другими женщинами, мы обретаем силу и исцеление.

- Также осознать и сбросить с себя навязанную мне родителями вину и начать восстанавливаться мне помогли такие книги:

«Барьеры» Г. Клауд, Д. Таунсенд
«Узники иной войны» М.Мюррей
«Только не говори маме» и «Когда вернется папа» Тони Магуайр
«Паранджа страха» Самия Шариф
«Мне 10 лет и я разведена» Али Нуджуд
«Бегущая с волками» Кларисса Пинкола Эстес
“Зачем он это делает» Ланди Банкрофт
«Бойся, я с тобой» Таня Танк.

Да пребудет с нами Сила!

Мне бы столько сил . Авторка настоящая героиня.

Счастья Вам и удачи. А вашим обидчикам - вечный ад.

Рада за Вас, восхищаюсь Вами и Вашими друзьями.

Родиону бы пожизненное, Але - лет 15 за соучастие.

Обоим пожизненное

Господи, какой ужас.

“Мы выросли, Кристин. Мы справились.” - потрясающая по силе фраза.
У вас очень красивый слог, вы пишите как барабанщик играет.

Спасибо! Для меня это много значит.
Я пишу с детства дневники, иногда стихи писала. Это помогло не свихнуться.

Автор вы из Башкирии? Землячка?

Мне кажется - Казахстан

Даже читать это страшно и больно..

Я чуть не охуела пока это читала.
Тань, ну, блять, как скучно-то написано, прям жуть же!
Надо тебе пойти на курсы какие-нибудь литературные,чо ль.

А Вам надо бы пойти в цирк. Там весело.

(Deleted comment)

“Мы выросли, Кристин. Мы справились.” До слез просто! Несчастные сильные дети! Пусть икает у них будет счастливая жизнь !


Сестринство - это чаще всего и есть та самая спасательная лесенка, при помощи которой можно окончательно выкарабкаться из любой пропасти. И мне оно помогло в свое время.

ТС великолепна и невероятно сильна. Восхищаюсь силой духа. Удачи, сестра! :)

Спасибо огромное, сестра!

Родион как из американских триллеров про маньяков и психопатов, настоящее чудовище, преступник, который только из-за несовершенства законов и общества не был посажен или казнен. А должен был бы - и это не гнев, а констатация факта.

Когда читаешь истории, подобные этой, каждый раз поражаюсь распространенности и системности насилия, и тому, как дети, попавшие в такое, смогли выжить и не транслировать все это дальше. Это невыразимо.

Да пребудет с нами Сила!


Спасибо!
Был один момент, после инцеста, я подрались с девочкой во дворе, прикопалась к ней и стукнула. А она не стала бить, заплакала и до сих пор помню ее лицо. Я убежала, было очень стыдно. Помню, что она была меньше меня, слабее. Больше так никогда не делала, мерзко было на душе и очень стыдно.

"«Барьеры» Г. Клауд, Д. Таунсенд
«Узники иной войны» М.Мюррей
«Только не говори маме» и «Когда вернется папа» Тони Магуайр
«Паранджа страха» Самия Шариф
«Мне 10 лет и я разведена» Али Нуджуд
«Бегущая с волками» Кларисса Пинкола Эстес
“Зачем он это делает» Ланди Банкрофт
«Бойся, я с тобой» Таня Танк.

Да пребудет с нами Сила!"


КАКОЕ ОГРОМНОЕ СПАСИБО, ЧТО ВЫ РЕШИЛИСЬ НА РАССКАЗ. ЭТО УЖАС, ЧТО ВЫ ПЕРЕЖИЛИ!

"Это только так кажется, что чем тише сидишь, тем меньше тебя бить будут."
Мой опыт тоже говорит об этом.

Семья очень страшная, отец - чудовище. Людоед из страшной сказки.
Автор, Вы сильная и молодец!

(Deleted comment)
Простите, что вмешиваюсь, но все же выскажусь. Воспитательница, которой Кристина пожаловалась, должна была отвести девочку к врачу и заявление написать в милицию. Она спустила все на мать, в итоге все осталось по-старому.

(Deleted comment)
(Deleted comment)