?

Log in

No account? Create an account

Перверзные нарциссисты, психопаты


Previous Entry Share Next Entry
"Идейная" Миронова, или неумолимый сталкинг Железной Кнопки
tanja_tank

У вас в классе были параноиды? А в группе? А в вашем трудовом коллективе они есть? Вот подумала я и поняла: один-два многообещающих нарцисса и социопата есть в каждом классе, а вот "чистый" параноид, да еще и женского пола - персонаж вроде как редкий. Тем ценнее для анализа яркий образ, воплощенный Владимиром Железниковым в повести "Чучело" - непримиримой шестиклассницы Мироновой по прозвищу Железная Кнопка.

...Вообще, компания травителей Лены Бессольцевой подобрана "со вкусом" и глубоким пониманием темы: вот "себе на уме" нарциссичная интриганка Шмакова, вот ее "раб" и до поры до времени безгласный Попов, вот социопаты Лохматый и Валька - представители грубой физической силы.

Но не будь Мироновой - этот "оркестр" распался бы, еще толком не сыгравшись. Именно "идейная" и "принципиальная" Железная Кнопка указывает жертву, именно она регулярно "взбадривает" заскучавших травителей, именно она раздувает и педалирует тему глобального предательства. Именно она задает тон травле, определяя ее размах, методы и делая преследование Лены настоящей казнью...


Не буду заостряться на перипетиях сюжета, он многим из вас хорошо известен. Сосредоточусь на персоне Мироновой.
Лена Бессольцева, едва прийдя в новый класс, сразу понимает, что Миронова не просто местный авторитет, но и "честь и совесть" класса. Она даже проникается к этой девочке... симпатией не симпатией, а неким пиететом вкупе с трепетом:

"Она — не я. Она сама кого хочешь испугает. Она мне нравится, только она очень беспощадная".

Миронова постоянно находится в активном поиске "предателя". Со злобной радостью она цепляется за вполне рядовое происшествие (Дима Сомов, пристыженный классной, брякает ей, что весь класс ушел с урока в кино) и несоразмерно раздувает его масштабы. Не будь Железной Кнопки, ребята бы повозмущались, а назавтра забыли бы о случившемся. Но не тут-то было. "Нас предали", - пафосно констатирует Миронова, взобравшись на парту. Она явно с нетерпением ждала чего-то подобного.

Параноиду мало вывести виновного на чистую воду. Ему нужен именно "судебный процесс", именно приговор, именно казнь. Посмотрите, с каким знанием дела "ведет расследование" эта "идейная" шестиклассница.

"Железная Кнопка подозрительно осматривала нас — искала предателя. Глаза у нее были въедливые-въедливые, медленно двигались по нашим лицам. Она еще не добралась до нас с Димкой, а я уже дрожала от страха, потому что Железная Кнопка прожигала насквозь. А когда она посмотрела на Димку, то сказала странным голосом, растягивая слова: «Дим-ка-а-а… А ты же воз-вра-щал-ся…» На меня эта ее манера растягивать слова плохо действовала. Я сидела ни жива ни мертва".

Напомню, Миронова не знает о том, что "предал" именно Сомов. Да ей, по большому счету, это и не важно. Неважно, кто. Важно, чтобы был повод наказать "предателя".

А арсенал инквизиторских штучек у 12-летней садистки уже наработан: она берет "паузы", буравит глазами, "загадочно" растягивает слова, "испытывая" очередного подозреваемого... Позднее, когда травля будет в разгаре, именно она устроит "очную ставку" Сомову и Бессольцевой, именно она "вдохновит" всех на "казнь" - сжигание чучела...

"— А Железная Кнопка тянула, тянула, тянула! — сказала Ленка. — «Дадим, говорит, ему три минуты на размышление». И посмотрела на часы.
«Одна минута прошла», — счастливым голосом пропела Шмакова.
Жуткая тишина сопровождала эти три минуты, это ожидание. Только иногда кто-то вскрикивал или хихикал, и все в страхе поглядывали друг на дружку, пытаясь заранее отгадать, кто же предатель.
«Не сознается, ему же хуже будет, — зловеще произнесла Миронова. — Ну! — Она крикнула, как кнутом стеганула. — Ну же! Сознавайся, предатель!.. Сознаешься — тебе же самому лучше и легче будет!»


Но никто не рвется сознаваться, и Миронова устраивает доморощенный детектор лжи:

«Подходите ко мне по очереди, — приказала она. — Я буду проверять ваши пульсы, — и угрожающе добавила: — Посмотрим, как сейчас бьется пульс у предателя!»

И тут Лена Бессольцева не выдерживает прессинга (не за себя страшно, за Сомова!) и "признается" в "предательстве".

"Железная Кнопка сразу поверила. Она с жадностью посмотрела на меня, потом лицо ее ожесточилось, она не из тех, которые прощают.
«Как же тебя угораздило, несчастное ты чучело?» — спросила она.


Важная деталь: Миронова "сразу поверила". То есть, ей не нужны весомые доказательства, ей не интересно вникать в обстоятельства, мотивы "предательства", нужно лишь одно - чтобы наличествовал "предатель", на которого можно указать пальцем и прокричать "ату"!

"Когда я «созналась», то Железная Кнопка сразу взяла власть в свои руки, и все стали ей подчиняться".

"Правосудие" вершится с соответствующим антуражем. У Мироновой все "серьезно", "по-взрослому". Характерно, что ребята периодически "съезжают с темы", но Миронова, сконцентрировавшись на предстоящей казни, не дает им проявить "непринципиальность" и "мягкотелость".

"Железная Кнопка не пожелала веселиться. Она вскочила на парту:
«Ребята, произошла страшная история. Среди нас появился предатель!.. — Она обвела всех взглядом, щеки у нее покрылись румянцем возмущения. — Что мы будем с нею делать? Надо решать».


Ни у кого нет особых идей, что делать с "предательницей". Ну, пошумели, повозмущались, а дальше-то что? Но у параноида таких идей навалом, он может и хочет сделать "событие".

«Никто, слышите, ни один человек не должен с нею разговаривать, — требовала Железная Кнопка. — Пусть она почувствует наше всеобщее презрение!.. А тому, кто нарушит клятву, мы тоже объявим самый жестокий бойкот! Наш пароль: „Бойкот предателю!“
«Даешь бойкот! — неслось с разных сторон. — Да здравствует справедливость!»


Ну, бойкот и бойкот. Но Мироновой этого мало. Так неохота останавливаться, когда в кои-то веки дождалась, что кто-то "скурвится", да еще и "по-крупному".

«В круг! — приказала Железная Кнопка. — Крепче держите друг друга за руки, чтобы они не выскочили!»
Они сцепились руками, круг превратился в колесо, которое должно было переехать меня и Димку.
«Что же такое получается, — не унимался Валька, — Сомов против бойкота, и ему все сходит с рук? А?.. Бойкот Сомову!»
«Тихо! — Железная Кнопка вошла в круг и спросила Димку: — Сомов, ты против бойкота Бессольцевой?» Меня она вообще не замечала.
Димка посмотрел на меня и снова промолчал.
«Молчит — значит, против!» — крикнул Рыжий.
«Тогда и ему бойкот!» — решила Железная Кнопка.


Как видим, параноид редко преследует только одну жертву, ему "невкусно", ему нужен размах. И это, по-моему, наилучшим образом подтверждает то, что патология - не в "предателях", а в самом "орудии возмездия", коим мнит себя параноид-фанатик. Тот же Хиттклиф обрушивает свою "благородную" и "выстраданную" месть почти на всех без разбору, а когда враги "заканчиваются", сникает и умирает в цвете лет и в полном здравии. Теряется смысл жизни. Теперь надо бы искать новых "врагов", но, видимо, Хиттклиф уже не тот, его "мстилка" истощена.

Так же и Миронова не удовлетворяется одной "предательницей" Бессольцевой. Она готова преследовать и преследует любого, хоть чем-то показавшегося ей недостаточно "верным".

По ходу пьесы ее указующий перст инициирует наказания и для других одноклассников. "Бригадный подряд" работает как слаженный механизм: Миронова указывает на "предателя", а прихвостни-социопаты тут же радостно выдают ему на орехи. Не-не, они не бьют хорошего человека, они "проучивают" "предателя". Санитары леса, благое дело творят.

"— А, перебежчик явился, — с пренебрежением произнесла Железная Кнопка. — Проучить его надо.
Они молча и неподвижно следили, как Васильев приближался к ним. А когда он приблизился, Лохматый лениво встал и толкнул его.
— Ты чего? — возмутился Васильев. — Офонарел?
Лохматый схватил его и выкрутил руки.
— Ты перебежчик, — сказала Железная Кнопка. — Мы тебе делаем предупреждение.
— Я перебежчик? — удивился Васильев. — А куда же я перебегал?
— А кто ты? — Валька больно наступил Васильеву на ногу. — Ты же их выпустил?"


Вот еще:

"— Чепуха! — сказала Железная Кнопка. — Мы еще с Димкой разберемся.
— Это еще зачем? — Шмакова подозрительно посмотрела на Миронову.
— Объясняю, — ответила Железная Кнопка. — Все должно быть честно. У нас борьба справедливая. Мы предложим Сомову отказаться от Бессольцевой. Ну, а если он не согласится…"


Тут в тему отмечу, что вокруг параноида, одержимого выявлением "неверных" и "чисткой" рядов, часто группируются деструктивы-приспешники. Они далеко не так "идейны", как параноид, у них свои задачи (нарциссические, социопатические), но навалившись на жертву сообща и якобы кипя "благородной яростью", они делают ее жизнь невыносимой.

Посмотрите на окружение Хиттклифа, который с Мироновой - одного поля ягодки. Подпевая в унисон хозяину, гостей и домочадцев травит и слуга Джозеф - невероятно сварливый старый ханжа. Потом в Грозовом перевале появляется юный нарцисс - сын Хиттклифа от Изабеллы Линтон - и также становится орудием Хиттклифа в травле дочери Кэтрин.

...В "Чучеле" есть сцена, где Шмакова с Мироновой сидят на лавочке и перетирают "предательство" Бессольцевой. Интриганка Шмакова, специализирующаяся на "рабовладении" и подковерных играх (подслушивание, сбор компромата и шантаж), искренне не понимает "высоких устремлений" "идейной" товарки. Миронову не понимает ее же кодла, они ее боятся и "уважают".

"- Не повезло ей, на меня напала. Каждый должен получать по заслугам.
— Идейная ты, — сказала Шмакова.
— У меня ко всем один счет, — Железная Кнопка вскочила, глаза ее загорелись неподдельным пламенем негодования. — Живешь не по правде — расплата! Никто не должен оставаться безнаказанным. И никто не уйдет от ответа. Ни-ког-да! — И тихо, почти шепотом закончила: — К кому бы это ни относилось, даже к родным".


...В конце повести правда вскрывается: "предала" не Бессольцева, а Сомов. Примечательно, как молниеносно переориентировывается Железная кнопка. Она прямо ликует! Еще бы: тут не просто "предатель", тут предатель в кубе! Ату его!

"— Я говорила, говорила! — Железная Кнопка была в восторге. Голос ее звучал победно. — Час расплаты никого не минует!.. Справедливость восторжествовала! Да здравствует справедливость! — Она вскочила на парту. — Ре-бя-та! Сомову — самый жестокий бойкот!"

Но ребята на этот раз почему-то не хотят идти за Мироновой. Не уверена, насколько это достоверно психологически (как и массовое раскаяние и прозрение в финале), но вслед за Железниковым считаю, что в такой концовке есть большой смысл.

"— Эх, вы! — Железная Кнопка с презрением посмотрела на класс. — Ну тогда я одна объявляю Сомову бойкот. Самый беспощадный! Вы слышите? Я вам покажу, как надо бороться до конца! Никто никогда не уйдет от расплаты!.. Она каждого настигнет, как Сомова! — Голос у Мироновой сорвался, и она заплакала".

Вот такая непримиримая и беспощадная шестиклашка... И то ли еще будет.

Тут я хочу оговориться: параноидом Миронову я называю условно. Насколько я знаю, расстройства личности диагностируются только после 18 лет. То есть, выходит, что дети и подростки не могут быть нарциссами, социопатами и параноидами. Однако мой собственный опыт говорит мне, что яркие деструктивные черты проявляются довольно рано, и нет никаких оснований надеяться, что 12-летняя параноидка или нарцисс того же возраста (Сомов, Шмакова) "вырастут в высокодуховную личность".

Единственное, что мне непонятно из повести - почему личность Мироновой искривляется столь причудливым образом. Шмакова - это понятно, такие Шмаковы были в каждом классе и в вашем, вероятно, тоже. Но вот откуда берутся такие, как Миронова? Хитклиффа (и Сталина) унижали и лупцевали, а вот что такое делают мама и папа с Мироновой?

Железников вскользь информирует нас о семье Мироновой. Про папу не сказано вовсе, а мама, со слов Шмаковой, "жутко модная, женщина мечты, в синей курточке под цвет глаз". В одном из диалогов Железная Кнопка выплескивает негатив в адрес матери:

"- Все из-за нее! Из-за нее! — твердила Миронова, вытирая слезы. — Из-за матери моей… Она считает, что каждый может жить как хочет… и делать, что хочет… И ничего ни с кого не спросится. Лишь бы все было шито-крыто!.. И вы такие же! Все! Все! Такие же!.."

Как же у "жутко модной мамы", любящей, чтобы все было шито-крыто, вырастает такая дочь? Логичнее было бы, если бы она сформировалась как Шмакова. Но, видимо, то, каким образом искривится личность, во многом зависит от каких-то не очень понятных предпосылок. Иначе почему получается, что при прочих равных одни дети "жутко модных мам" вырастают в нарциссов, другие - в параноидов, третьи - в шизоидов, а четвертые, хоть и выходят в жизнь сильно травмированными, но сохраняют человечность? Может, у вас будут какие-то идеи по этому поводу?

...Параноид страшен не только своей жестокостью, но и беспрецедентной "целеустремленностью". Его огонь не остывает, "пепел Клааса" стучит в его сердце месяцами и годами - и, сколотив группировку подобно Мироновской, он не дает остыть и ей, придумывая для жертв все более и более страшные кары. Вот почему я считаю, что важно "диагностировать" параноида как можно раньше и решительно отсекать его от себя - в сталкинге он поистине неумолим.


  • 1
Там еще один интересный момент. Мама хорошо одевалась не только для себя, я думаю. Почему на маму не повесили еще один ярлычок? Не думаю, что погнушались из-за возраста девочки. Озвучивают и не в таком возрасте, что мама гулящая, на войне как на войне. Хотя может и озвучивали. Но одно дело говорить на людях, что мама не соответствует системе, и совсем другое признать себя дочкой дамы, мягко говоря в поиске.

  • 1