Перверзные нарциссисты, психопаты


Previous Entry Share Next Entry
Моя подруга в белом пальто (Вся история)
tanja_tank
Публикую историю отношений героини предыдущего поста со своей "подругой в белом пальто" Юлей. История непростая, читательница очень терзается из-за этого. Давайте разберемся вместе. Прошу быть тактичными.

(картина Francisco Pons Arnau)

"Сколько себя помню, всегда любила кошек, жила у нас тогда красавица Фанечка. И вот у нашей Фани появились поведенческие проблемы, начала у компьютера перегрызать провода. Фаня словно ждала, когда мы присоединим новую мышь или клавиатуру, чтобы тут же перегрызть провода. Завели беспроводные мышь с клавиатурой, стала грызть провод у самого компьютера. У кого не спрашивала у знакомых, никто на своих кошек не жаловался.

Начала в интернете смотреть, как с этим бороться. Поиски привели меня на сайт любителей кошек, я там потусовалась немного, да и осталась. Писала про свою Фаню, столько историй про нее смешных было. Общалась со всеми ровно, за несколько лет все уже как родные там стали, знали про любимцев наших едва ли не больше, чем про самих хозяев, никто мной не командовал и не манипулировал.

И вот стала замечать, что одна форумчанка в течение уже длительного времени пишет очень добрые ответы на мои комментарии, либо просто в темах моих. Однажды она написала, что зарегистрировалась на этом форуме исключительно для того, чтобы иметь возможность мне комментарии писать, так ей нравится, как я пишу. А до этого она просто читала, без регистрации.

Через год после моей регистрации на форуме Фанечка наша умерла от почечной недостаточности, было ей всего 9 лет. Я так сильно переживала из-за всего, что в организме от стресса произошел сбой, у меня нашли сахарный диабет.

К этому времени мы начали переписываться с Юлей, с той, что зарегистрировалась из-за меня. Переписывались сначала в личке на этом кошачьем сайте, так, ничего особенного, как зовут, где живете, сколько детей. Никакой Юли мне не надо было, и общалась я с ней чисто формально.


"Приручи меня, полюби меня"

Так как я долго не могла оправиться после гибели Фани, то общение на форуме какое-то время было для меня мучительным. Я отправила Юле в личку мой электронный адрес, чтобы она писала мне туда. Юля меня не забывала.

Года три она писала мне изредка по электронке, поздравляла со всеми праздниками и в конце обязательно добавляла, Верочка, ты пиши мне, пожалуйста. Кстати потом я как-то сказала Юле, что было время, когда она хотела общаться со мной, а я не имела в этом потребности. На что Юля ответила, что это стёб, и что такого не было.

Потом как-то я спросила ее домашний адрес (жила она в одной из бывших республик СССР, там, где большинство населения мусульмане), отправила ей новогоднюю открытку. Юля ответила, что была очень удивлена, ведь никто никогда ей не присылал открыток, хотя она уже почти 30 лет живет отдельно от своей семьи. Говорит, ее сестра двоюродная, когда узнала, тоже прислала ей открытку, Юля написала, это из ревности. Спрашивается, а зачем ты ей сказала?

Бедная, несчастная, живет в мусульманской стране, никто в жизни ни одной открытки не прислал. Я рассказала о Юле мужу. А он говорит, давай отправим ей коробку конфет. Купили самую красивую, отправили. А Юля пишет, ты единственная, кто мне прислал посылку, никто и никогда мне ничего не присылал.

Писали с ней иногда друг другу, все было мирно и покойно и очень даже начхательно на Юлю. Какое мне до неё дело, это просто интернет-общение, и это всего лишь одна из знакомых с форума, каких много. И вдруг однажды она пишет – милая Верочка, я так боюсь тебя потерять. На что я совершенно резонно ответила, что нельзя потерять то, что ты не имеешь, и что не твое.

В следующем письме Юля написала, что раз я так думаю, она со всем согласна, но только она хочет, чтобы я знала, что я очень даже ее, и что она очень хочет со мной общаться. С этого момента моя участь была решена. Отец мой, когда орал на меня, всегда говорил, что никто, никогда и ни за что не захочет со мной даже общаться, и что таких, как я, вообще нельзя любить. И вот же, человек мне абсолютно посторонний, и боится меня потерять.

У меня даже мысли при этом не мелькнуло, что знакомы мы с ней заочно и всего по нескольким письмам, поэтому знать меня настолько, чтобы бояться меня потерять, она совершенно не может. Нет на это причин. Но тогда мне башку полностью снесло. Вот она, наверное, моя самая лучшая подруга, теперь мы с ней напишемся и наговоримся.

А Юля писала мне – приручи меня, полюби меня, подруг тоже можно любить. Это «приручи меня» было в нескольких письмах, и еще она присылала отрывки из Экзюпери, из «Маленького принца».

"А я всегда здесь была"

Буквально в самые первые дни нашего общения Юля предупредила, что если человек, с которым она общается, предаст ее хотя бы один раз, например, заблокирует ее, то это будет концом ее отношений с этим человеком. Потому что она не прощает предательств. Но я и не собиралась ни блокировать ее, ни предавать. Мне кажется, это тоже своего рода манипуляция, с помощью которой человек добивается подчинения своей воле, потому что другой человек должен всегда быть начеку, думая, не сделал ли он чего-то такого, за что его потом «отлучат от тела».

И еще один штрих, к самому началу нашего знакомства с Юлей. Как я уже писала, около трех лет мне было абсолютно наплевать, существует вообще Юля на свете или нет. Делаю из этого вывод, что не я была инициатором развития отношений.

Буквально через пару недель после того, как мы начали плотно общаться, я настолько эмоционально к ней привязалась, что недоумевала, что это? Как это? Отчего это вдруг так быстро произошло, что я просто жить без нее не могу, без ее писем, без ее общения. Я спросила это у Юли, написала, что не понимаю, что происходит, почему наши отношения вдруг стали развиваться так стремительно, и задала ей вопрос - Да ты откуда вообще взялась? Почему-то сразу мне показалось, что она ответит - А я всегда здесь была! Именно такими словами, слово в слово, она и ответила.

И началось наше представление друг другу. Писали мы по электронке ежедневно. А позже стали писать и в вацапе.

Очень скоро мы поняли, что мы настолько похожи, как даже родные сестры не могут быть. Часто случалось так, что одну и ту же фразу мы писали одновременно, или, например, Юля или я пишем вопрос, и в ту же секунду приходит ответ. То есть, мы словно знали, что в это время думает и чувствует собеседник. Юля написала, что мы с ней одной крови. Это фраза из Маугли. И в подтверждение этому прислала кадры из фильма про Маугли.

Однажды она написала, что мы с ней из одного карасса. Это было новое для меня слово. Конечно, Гугл в помощь. «Из одного карасса» - это было намного сильнее, чем «одной крови». Люди из одного карасса чувствуют необъяснимую и непреодолимую связь друг с другом. И если ты вдруг чувствуешь непонятно откуда взявшуюся тягу к другому человеку, скорее всего, это человек из твоего карасса.

Вообще у меня сложилось такое мнение, что мы с Юлей понимали друг друга не то, что с полуслова, а с полузвука и с полувздоха. И Юля не раз мне говорила, да и я ей тоже, что мы можем говорить молча, как будто мы сидим в головах друг у друга. Периодически, когда в очередной раз мы писали «хором», это называлось «выйди из моей головы»!

Писали мы обычно помногу, вообще про все и обо всем, о детстве, о семье, о жизни. Так, она мне написала, что всю жизнь прожила в Петербурге, закончила институт с красным дипломом, еще в институте познакомилась с будущим мужем (он учился с ней в одной группе), уехала за ним, на его родину. Что ее близкий родственник, живущий в Петербурге, известный ученый, дружил со многими популярными поэтами, исполнителями песен, их имена, действительно, очень известные, перечислять не буду.

Не хочу, чтобы Юлю узнали, и чтобы у нее были неприятности, если что. Она, говорила Юля, лично с ними со всеми знакома, и часами слушала их стихи и песни, будучи в гостях у родственников. Когда она училась в школе, классной руководительницей у неё была жена известного театрального актера, она была очень расположена к Юле и Насте, ее подруге. Поэтому Юля и Настя частенько ходили на спектакли в этом театре.

Юля реально знала наизусть многие сцены и тексты из спектаклей театра. А уж сколько стихов она знала, сколько авторов разных, сколько книг прочла. В свое время я читала запоями, то есть, набирала книги в библиотеках, и читала, читала, читала. Я знала многих авторов и много разных произведений, но до Юли мне было так далеко, как до Пекина раком ползти…

Вот и начали мы с ней разговаривать о книгах, о фильмах, о спектаклях. Меня восхищали Юлины знания, ее эрудиция, и я ей писала частенько, как же я счастлива, что я ее знаю, такого интересного человека.

Мне хвастаться было особо нечем. Хотя жизнь моя была достаточно напряженная, и скучать мне было некогда, но и похвастаться ничем таким особенным я не могла. Помню, что несколько раз я пыталась ей объяснить, что мы из абсолютно разных социальных слоев, что в то время, когда Юля могла ходить в театры и читать книги, у нас, в нашем городе книг было просто не достать. Когда я училась в институте, книгу надо было ждать в очереди, подходить в этот день к закрытию библиотеки, а уже наутро сдавать ее обратно.

Что касается театров, то я жила на окраине города, и добраться домой после спектакля было просто нереально. Поэтому я часто мысленно сравнивала себя с Юлей. С одной стороны, мне льстило, что человек с такими талантами мной заинтересовался, с другой, меня не покидало ощущение, что так обычно красавица окружает себя серыми мышками (а я считала себя такой серой мышкой), чтобы самой выгодно смотреться на их фоне. Когда я сказала об этом Юле, она даже возмутилась, сказав, что она не видит абсолютно никакой разницы в нашем положении или в происхождении. А происхождения она была из дворянского рода, не то, что я.

"Говори теперь ты"

Юля настолько меня заинтересовала, что мне хотелось знать о ней все. По тем сведениям, которые она мне сообщила, я нашла ее брата в одноклассниках и в контакте, нашла ее работы, картины, фотографии. Нашла ее и на других форумах. Адрес и телефон родителей, девичью фамилию… Не потому, что я как-то хотела использовать эту информацию, а только потому, что чем больше я узнавала о Юле, тем больше она мне нравилась, и тем сильнее я к ней привязывалась. Юля же, в свою очередь, сказала, что она абсолютно нелюбопытна, и что никакая информация, кроме той, что я ей сообщила, ее совершенно не интересует.

Юля рассказывала про дочерей, какие они у неё талантливые, умницы, обе выучились в Англии, да и у самой Юли есть английское гражданство, хотя она Англию ненавидит, и там все плохо. Старшая дочка с мужем сейчас живут в Лондоне. Младшая дочь тоже окончила университет в Англии, и сейчас вернулась обратно в их республику и там работает в правительстве. Что я могла сказать в ответ? Я только искренне восхищалась Юлей и радовалась за неё.

Конечно, я рассказывала о своих проблемах, о школе моих детей, о родителях, о детстве и прочем. Юля говорила, что ей так жалко меня, она меня так понимает, и так сочувствует. А мне эти слова были бальзамом на душу, ведь это так приятно, когда кто-то сочувствует и понимает. Вообще, в самом начале нашего общения Юля спросила у меня, читала ли я книгу «Похороните меня за плинтусом». Конечно, я даже и не слышала о такой. Юля сказала, что с ней так не обращались, конечно, но она была вынуждена заботиться о младшем брате, и поэтому считает свое детство похожим на то, что описано в этой книге. А я решила прочесть, и прорыдала над этой книгой все время, пока читала. Это точно было написано про меня.

Говорили и о друзьях. У меня есть две подруги со школы и шесть подруг с института, и три подруги соседки, причем, это реально хорошие подруги, они мне всегда помогают, чем могут, и я им, со своей стороны, тоже. Юля сказала, что по-настоящему дружит только с Настей, она ее одноклассница, поэтому, когда приезжает в Петербург, то они всегда с Настей встречаются, и ходят вместе или на выставку, или в театр, или на концерт. А так с Настей они говорят по телефону один раз в неделю. Как потом, правда, выяснилось, с Настей Юля разговаривала раз в несколько месяцев, а то и в полгода.

А кстати, какой у тебя номер телефона? Я дала без всякой задней мысли. И вот, в мой очередной день рождения звонок. Голос – один в один моей троюродной сестры, которая живет в Питере. И телефон питерский. И я с ней говорила в полной уверенности, что это моя сестра.

Под конец она спросила, узнала ли я ее, я спросила – Женька, ты? А мне говорят – это Юля. У меня прямо ноги подкосились. Потом я ей написала, что когда люди просто переписываются, это одно, а когда они еще и разговаривают, это совсем другое. Она мне сказала – особенно, если они говорят таким голосом, как у тебя.

И я опять подумала, что мой отец мне говорил, что я ужасный человек, и со мной даже говорить противно, а вот человеку нравится мой голос. И мы начали с Юлей созваниваться по скайпу ежедневно. Юля о себе рассказывала много, даже очень много. Звонила мне по скайпу всегда она, если звонила я, когда мне было удобно, она никогда не отвечала. Она вообще говорила, что у неё в любое время могут вернуться с работы муж и дочь, поэтому именно она выбирает, когда и сколько говорить. Так как, им может не понравиться, что она вообще говорит по Скайпу. Хотя у меня тоже были муж и дочь…

Во время своих звонков Юля говорила почти все время одна, когда я пыталась вставить хоть слово, она смущалась, что говорит так много, и просила ее простить. Ну, теперь говори ты, просила она, но в следующую секунду уже перебивала и вновь говорила сама.

Настя

Она приехала в Россию на несколько дней, чтобы встретиться с родителями. Она очень хотела, чтобы мы с ней тоже встретились. Я приехала в Петербург на пару дней, как мы с ней договаривались, и только ради нее (мне ехать почти двое суток до Питера на поезде). Встреча наша проходила вместе с Настей. – Почему с Настей? - Прости, а вдруг позвонит мой муж, по скайпу, Настю он знает, а тебя нет. Лучше, если Настя будет с нами.

Мы вместе пошли в Эрмитаж. Пока стояли в очереди, Юля разговаривала с Настей, в Эрмитаже они тоже смотрели картины с Настей. Я тупо злилась, Настя знает ее уже много лет, а я вижу впервые в жизни, и мне даже не поговорить. Когда я достигла точки кипения, подошла Юля и ласково спросила, не сержусь ли я? Конечно, нет, ответила я, хотя меня очень раздражала эта ситуация. А я такая счастливая, сказала Юля, два моих самых лучших друга со мной. И вся моя злость растворилась в этих ласковых словах.

Потом мы пошли с Юлей к ней домой (у неё своя квартира в Петербурге, отдельно от родителей), предварительно купив пять бутылок шампанского, потому что Юля очень любит шампанское. Почему пять? А просто, чтоб всем хватило. Я не пью вообще, ненавижу пить. Юля сказала, что меня никто не заставляет, все по желанию. Конечно, после этих ее слов, я пожелала.

В общем, я быстро опьянела, плюс у меня диабет, и пить мне вообще нельзя, тем более шампанское. Я уже начала понимать, что такую подругу, как Юля, мне больше за всю свою жизнь никогда не встретить. А сегодня я поняла еще и то, что я могу потерять Юлю в любой момент. Она уже давно не вспоминала, что когда-то боялась меня потерять, а до меня только сейчас дошло, что Юля и Настя – люди одного круга, а я даже рядом не стояла.

Я сказала Юле, что тоже очень боюсь ее потерять. Юля ответила мне моими же словами, что нельзя потерять то, что тебе не принадлежит. Но меня уже накрыло, и я разрыдалась (понимаю, что выглядело это мерзко и некрасиво, пьяная тетка рыдает, что может потерять такую хорошую подругу). В общем, наверное, с моей стороны это был бякинг. ))) Я пошла спать, а Юля с Настей остались разговаривать. Мне потом долгое время было ужасно стыдно за свое поведение.

На следующий день Настя ушла, а через пару часов был уже мой поезд. Ты уж прости, проводить тебя не могу, ты же знаешь мою ситуацию, мне абсолютно некогда. Уже потом, вдогонку, Юля написала, что я только уехала, а она уже скучает. И опять, никто и никогда по мне так не скучал.

Юлины среды

А мы продолжили общение с Юлей по скайпу. Сначала мы говорили с ней по несколько часов ежедневно, два-три часа, но кто ж в таком режиме выдержит. Готовка, уборка, магазины. У нас нет машины, и я всегда за продуктами хожу пешком. По идее, это у меня должно быть меньше времени…

У Юли никогда не было ни точного времени для звонка, ни точного расписания, поэтому она могла позвонить в любое время, сказать пару слов и отключиться, потому что вернулся ее муж. Эти звонки и разговоры теперь уже очень много значили для меня. Но мне не нравилось, что только Юля решала, состоится ли наш разговор или нет. У меня из рук все валилось, если она обещала обязательно позвонить, а сама не звонила.

И я начинала ждать звонка с обеда (в это время Юля обычно звонила) и ждала иногда до самого вечера. Если вдруг я случайно не могла ответить (например, готовила ужин), то Юля никогда не перезванивала, а если я пыталась позвонить даже спустя пару минут после ее звонка, трубку она не брала.

Потом Юля однажды сказала, что ей неудобно говорить каждый день, поэтому она собирается со мной общаться раз в неделю, как с Настей. К этому времени я уже без Юли просто не могла существовать. Ее живой ум и то, как она без особых эмоций на все реагирует, сдержанно, мне очень нравилось. Если меня сравнивают с Настей, что ж, я счастлива. Настя ведь лучшая подруга с детства.

Юля спросила, какой день я выбираю для общения. Я ответила, что для меня возможен абсолютно любой день, кроме среды, потому что каждую среду мы встречаемся с подругами в кафе, пьем кофе и болтаем. Но Юля все равно выбрала среду, потому что, сказала она, это самый свободный день в ее недельном расписании.

Ладно, среда так среда. И с утра по средам я начинала ждать. Бывало так, что Юля и по средам была тоже занята, ей было не до того. Но уж если она звонила в среду, то я убегала со встречи, прерывая ее ради Юли. Ведь ни в какой другой день она не позвонит.

Потом и эти разговоры прекратились. Юля сказала, ей так сложно звонить, потому что могут внезапно зайти в комнату родные, и ей будет перед ними неудобно. Она предложила только писать. Ну что ж, писать, так писать. Я с нетерпением ждала ее звонков, но так как, в реальности, во время этих звонков я почти не говорила, а только слушала, то все, что хотела ей сказать, писала.

Меня все время удивляло, почему у такого замечательного человека совсем нет друзей рядом, хотя она живет там много лет. Мне казалось, что у Юли должны прямо очереди стоять, чтобы записываться к ней в подруги. Однажды она мне сказала, так и есть, многие русские жены хотят с ней познакомиться, но она ни с кем не хочет поддерживать знакомств, так как они говорят только о шмотках и о еде.

Есть правда некая Василина, она изредка к ней приезжает, но она Юлю достала тем, что никогда не приходит в назначенное время, а так же плохо отзывается о самой Юле в присутствии Юлиного мужа. Василина очень завидует Юле. А вот Юля вообще напрочь лишена такой черты характера, как зависть. И еще, говорила Юля про себя, она очень верная. Никогда не предавала никого, никогда никого не предаст. Ее саму подруги иногда предавали, но она никого. И меня никогда ни за что не предаст.

"Не переношу, когда навязываются"

Еще Юля всегда повторяла, что она интроверт, а интроверты очень не любят, просто не переносят, когда к ним навязываются. А Василина всегда именно навязывается со своей дружбой, всегда, много лет. Я уверяла Юлю, что никогда в жизни не буду ей навязываться.

Но я навязывалась. Теперь, когда мы перестали говорить по скайпу, а личная встреча вместе с Настей осталась позади, я решила приехать к Юле. Потому что я очень сильно по ней скучала, и не видеть ее в течение долгого времени для меня было тяжело. А что, я вполне от нее независима, могу поселиться в каком-нибудь отеле, недалеко от нее. Я купила билеты и поставила Юлю в известность. Юля очень рассердилась, но сказала, что жить я буду у них, и это не обсуждается (у них свой дом, огромный просто, можно заблудиться). Юля попросила меня только об одном – никогда не рассказывать, что я была у неё в гостях.

Я приехала, и наше общение было удивительным! Мы с ней говорили все время, пока бодрствовали. Никогда в жизни и ни с кем я не говорила так много и обо всем. Юля меня уверяла в этом же, что я первый человек в ее жизни, с кем она столько говорила. Муж ее относился ко мне очень хорошо. Это восточное гостеприимство, говорила Юля, а суть его в том, что даже если ты не хочешь видеть гостя, ты обязан сделать так, чтобы гость этого не заметил.

Если в то время, когда мы с Юлей были у неё дома, к ней кто-то приходил, родственники, например, она просила меня посидеть в другой комнате. Я сидела, боясь пошевелиться или как-то выдать свое присутствие. Наверное, она все-таки стеснялась меня. Я была человеком далеко не их круга.

Когда мы только начинали общение с Юлей, она мне рассказала, что она художник, что училась она в родном Питере. Что один известный (кто, не помню) художник, сказал ей, что она настолько талантлива, что ей можно и не учиться, потому что там только испортят ее талант. Она, в самом деле, очень талантлива, какие у неё картины прекрасные! У неё весь дом в картинах. В общем, Юля была для меня человеком с очень большим знаком плюс. Я восхищалась ей, не переставая, и часто говорила, как она талантлива, и как я восхищаюсь ей самой и ее работами.

Юля всегда очень хорошо готовила, и еду подавала очень красиво, как художник. Фотографии праздничного стола, которые она мне присылала, не то, что выше всяких похвал, а просто супер-выше! А потом Юля увлеклась изготовлением домашних тортов на заказ. Никогда я ничего подобного не видела. Это же жалко есть, это как съедобные шедевры.

Я всегда дарила подарки Юле, и для нее, и для ее мужа, и для дочери, и для ее кошек и собак, и мне нравилось это делать. Юля всегда говорила, что мои подарки ее обижают, что я вот так ей манипулирую. Я настолько привыкла делать подарки всем остальным своим друзьям, и с самого начала говорила об этом Юле.

Есть такая книга, называется «Пять языков любви». И я знаю, подарок - это мой способ выразить человеку признательность, любовь, если хотите. У каждого человека существует способ, которым он выражает свою любовь и способ, посредством которого он понимает, что его любят. Для меня внимание и время, которое человек готов потратить на общение со мной – способ, с помощью которого я понимаю, что меня принимают, что я нужна. Я много раз говорила Юле, что я очень польщена, что она тратит на меня столько времени, что я чувствую, что она меня принимает, и что я ей нужна. Для меня это было очень важно. Конечно, у меня есть подруги, но Юля, думала я, стала моей самой лучшей и самой близкой подругой.

Подарки Юле я делала от чистого сердца. И когда Юля говорила, что это неправильно, у меня все время становилось очень плохо на душе, как будто я делаю что-то такое постыдное, неприличное, греховное. Я обещала ей, что это в последний раз, но… Я просто не знала, как по-другому выразить мою признательность ей за то, что она разглядела меня и согласилась со мной общаться. Как говорит одна из моих подруг, это синдром маленькой девочки, которую большие девчонки во дворе позвали с собой играться.

Хотя Юля сама много раз присылала нам посылки, и для мужа, и для дочки, и для моих внучек. И косметику, и гостинцы всякие, и восточные сладости. Юля никогда не отказывалась от моих подарков, всегда принимала, но писала, что это неправильно.

Хотя бывало так: Юля писала, что у неё кончилось лекарство, которое в России на каждом углу, а у них такого в аптеках нет. И что она, конечно, купит его, когда приедет в Питер, но это будет так не скоро. И конечно, мы с мужем шли в аптеку, покупали нужное лекарство и отправляли.

Однажды Юля написала, как ей нравится поэт из нашего города, и как бы она хотела книгу его стихов. Но эту книгу выпустили тиражом 3000 экземпляров, и через интернет ее не купить. Что ж, придется пережить .

Мы с мужем объехали несколько книжных, и в одном нашли несколько экземпляров, отправили Юле. А еще Юля писала, как ей нравятся русские кроссворды, да у них не продают. И с христианской литературой у них никак. И с наконечниками для кондитерских мешков никак. И с кондитерскими мешками никак. После всех этих слов я понимала, что эти все вещи ей нужны, но просить напрямую она не будет, потому что, однажды сказала она, она никогда в жизни ни от кого не просила помощи и не попросит. Вот такие это были подарки – то, что необходимо, но чего нет.

И еще, когда я жила у Юли, я же не платила за жилье (а в отеле была бы приличная сумма), не платила ни за еду, ни за экскурсии, потому что они возили меня по всей стране за свой счет, я не платила ни за вход в музеи, ни за что. Взять с меня деньги они категорически отказались. И дело не в том, что у меня этих денег не было, или, что я не хотела бы их отдать, или бы я их не предлагала. Для меня это тоже была ситуация из разряда неправильных. И я знаю, что суммы, затраченные на мое пребывание у Юли, несоизмеримо больше того, что я ей дарила или могла подарить.

(Продолжение в следующем посте)

  • 1
Вот за это и зацепили: "В следующем письме Юля написала, что раз я так думаю, она со всем согласна, но только она хочет, чтобы я знала, что я очень даже ее, и что она очень хочет со мной общаться. С этого момента моя участь была решена. "

Такие Юли всегда цепляют за слабые места. А потом раскручивают на зависимость. Юля активно лезет в чужие границы, а человек со слабым местом этого не замечает.


Хм-м-м... По поводу описанной истории пока ничего не могу сказать, тут скорее стоит прислушаться к своим чувствам по принципу незабвенной Кэт: "Если вам кажется, что вас нае..., значит, вам не кажется, а так и есть".
Психологическая защита от таких отношений-не-отношений-непонятно-чего, к сожалению, в изрядной доле цинизма и себялюбия. Хороший пример - в моем любимом фанфике по миру Гарри Поттера "Мы, аристократы":
"... - Поттер, я видел, ты опять возишься с грязнокровками. Грейнджер тебе мало, да?
Грязнокровки или нет, но Уолтера пора было ставить на место. Я неторопливо поднялся с дивана, прошёл по гостиной и остановился перед Бойдом ровно в трёх шагах, как предписывает дуэльный кодекс.
- Бойд, - прозвучало у меня сухо и хлёстко, словно удар кнутом. - Я тебе что-нибудь должен?
Он с возрастающим удивлением уставился на меня. Я выждал паузу, достаточную для скорого ответа, к которому он был не готов, и продолжил:
- Ты для меня что-нибудь сделал? - и снова пауза, оборванная ровно тогда, когда он собирался открыть рот. - Мы с тобой родня или дружим семьями? - и снова чётко выдержанная пауза, создающая впечатление, что он растерялся. - У нас с тобой общий бизнес?
- Ты вообще о чём, Поттер? - раздражённо выпалил Уолтер, когда я наконец позволил ему вставить слово. - При чём тут всё это?!
- А при том, что ты мне никто. Я ищу людей, которым могу поручить квалифицированную работу и быть уверенным, что они её сделают, а ты встреваешь в мои дела и указываешь, как я должен их вести. Между тем, ты мне бесполезен, наследник Бойд, и я очень не советую становиться для меня вредным..."


Edited at 2018-03-30 10:46 am (UTC)

нда.. с первого абзаца стало понятно, что Юля - наш клиент.

Абсолютно. Но многие не узнали клиента в гриме))

Узнали те, кому Юли встречались на пути. Достаточно одного раза пересечения с подобной тварюшкой, чтобы до конца жизни распознавать их на подлете.

Мне вот интересно, у таких "Юль", среда что, особенный день? Или просто так совпало, что у моей "Юли" именно среда тоже была самым свободным днём?

Просто среда бвла особой для автора


Была такая же и у меня. Набивалась в подруги. У автора с Юлей огромная пропасть в материальной обеспеченности. Этим Автор Юлю и привлекла, у семьи автора машины нет, а у Юли Британской гражданство. Вообще когда человек существенно выше по соц положению так активно САМ лезет в друзья это уже серена должна заорать "за мой счет хотят самоутвердиться!!!!"

Ловко она героиню зацепила... Вот именно за слабые, больные места. За неуверенность в себе.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account