?

Log in

No account? Create an account

Перверзные нарциссисты, психопаты


Previous Entry Share Next Entry
"На зависть королеве". Окончание
tanja_tank
К счастью, Илона остаётся сидеть с братом Дианы, а Диана попадает на вечеринку к старшеклассникам. Наступает Новый год.

"Девчонки завизжали. Все потянулись друг к другу, стали чокаться, я тоже чокалась со всеми, улыбалась натянуто, вежливо отвечала на поздравления. А сама в то же время искала глазами Тиму. Он нашелся.

Стоял почти напротив и чуть насмешливо, как мне показалось, рассматривал меня из-за своего бокала с шампанским. Я залилась краской, опустила голову и отступила в самый темный угол. Там меня ждала Маринка.

– Ну, что же ты, – покровительственно произнесла она, сидя в кресле, – все в твоих руках, давай! – и, приподняв руку, взмахнула кистью: иди, мол.

Я же мучилась. Мне казалось, что Тима откуда-то знает о том, что я здесь ради него. И теперь он ждет, что же я буду делать. Может быть, если бы он не так сильно мне нравился, я бы переборола себя, подошла, нашла бы предлог, заговорила… Но он мне слишком нравился, а его выжидающий взгляд меня просто парализовал. Да еще эти Маринкины штучки!"


Диану не покидает плохое предчувствие, она замыкается. Игорь со своей девушкой Наташей пытаются развеселить её.

"Наташа и Игорь взялись меня опекать. Теперь я уже не чувствовала себя одинокой и в другое время, возможно, мне было бы приятно с ними пообщаться, но сейчас я была не в том настроении, отвечала невпопад, глупо хихикала, и вообще вряд ли производила впечатление нормальной девчонки. Но они почему-то терпели.
Мы подошли к дому. Я наконец решилась:
– Ребята, пожалуй, мне пора, пойду…
Они переглянулись понимающе.
– Марина говорила, у тебя проблемы с родителями? – спросила Наташа.
– Нет у меня проблем! – я разозлилась, хотя ребята не были виноваты. То есть они-то совершенно были ни при чем, даже хотели мне помочь. Я с трудом взяла себя в руки и объяснила: – Родители ушли в гости, а я должна присматривать за братом. Вместо этого, я здесь.



Игорь кашлянул и опустил голову. Наташка вздохнула. Она взяла меня за руку и мягко сказала:
– Бедненькая…
– Вы чего, ребята? – я растерялась. – Все нормально…
Народ тем временем заходил в подъезд. Вот и Тима подошел, он чуть задержался, посмотрел на нас и скрылся за дверью.
– Игорь, может, позовешь его? – неожиданно спросила Наташа.
– Кого? – испугалась я.
– Тиму, кого же еще, – Наташа уставилась на меня удивленно. – Ты же из-за него здесь, насколько мне известно?
– Я?!
– Наташ, ну зачем ты… – Игорь беспомощно развел руками.
– Погодите, я что-то не понимаю, – я быстро перевела взгляд с Наташи на Игоря.
Наташа тоже растерянно смотрела на него.
– Я просто хотела сказать… не важно! Игорь, позови Тиму!
И тогда до меня дошло!
– Стой, Игорь, не надо! – крикнула я ему в спину.
Он остановился.
– Спасибо, все было очень здорово! И… с Новым годом!
Я резко развернулась и побежала прочь от этого дома, от милой Наташи с ее сочувствием, от Игорька, такого доброго и внимательного, от всех от них, тактичных и воспитанных парней и девчонок из «11А». Я бежала от Тимы, от его чуть насмешливого интереса и ожидания: «Что же она будет делать?» Я бежала от Маринки. От моей подруги Маринки! Потому что это – она! Она! Больше-то некому! Разболтала всем о моем чувстве к Тиме!
Что это? Опять проверка нашей дружбы на прочность? Испытание чувств? Или очередная Маринкина месть? И что она теперь будет говорить? Да и хочу ли я ее слушать?
Как же я себя ненавидела! Вот, дура! Попалась на удочку! Слезы, конечно, залили глаза, тушь потекла, я размазала ее перчаткой по щекам, но мне больше не для кого быть красивой!"


Диана в шоке от предательства Маринки. Игорь с Наташей догоняют и успокаивают её. Диана возвращается домой к Илоне и обсуждает с ней случившееся.

Изначально я хотела подробно излагать свои мысли относительно поведения Марины по отношению к окружающим. Но, на мой взгляд, Илона сделала это куда лучше и точнее, поэтому комментариев до поры до времени практически не было. Далее будет приведён довольно большой фрагмент рассказа, в котором Илона раскрывает Диане глаза на Маринку.

"– Ты как будто изменилась, и всего за одну ночь, – заметила Илона.
– Не пойму, что со мной, – призналась я. – Ничего внутри – пусто. Знаешь, Маринка продала меня с потрохами. Весь «11А» с интересом наблюдал за девочкой, влюбившейся в их одноклассника. И эта девочка – я.
Илона сочувственно вздохнула, но промолчала.
– Послушай, ты ведь знала, да?
– Ничего я не знала, – отозвалась она, – предполагала – да, но не знала.
– Что предполагала?
– Ну, в отличие от тебя, я Маринкой не очарована. Поэтому, я ждала от нее чего-то подобного. К тому же, она уже один раз пыталась выставить тебя дурочкой перед всем классом. Но просчиталась. Теперь отыгралась таким способом.
– На мне? Но зачем? Ведь мы же подруги!
Илона покачала головой:
– У Маринки не может быть подруг, ей нужны вассалы.
Я вспомнила, как Маринка мечтала об Анне Австрийской. Усмехнулась:
– Королева, как же… Но даже королям нужны друзья.
– Наверно, – согласилась Илона. – Только, если королева начинает завидовать другу или подруге, она просто приказывает отрубить ему голову.
Опять это слово: завидует. Выходит, всеми и всегда движет зависть? Я не выдержала и возмутилась:
– Что?! Гордячка Маринка? Завидует? Кому – мне?
– Ты что, такая наивная или притворяешься? – ответила Илона. – Конечно, завидует. У нее лицо делается совсем белым, когда тебе покупают новую тряпку. На день рождения к Антону она не пошла, помнишь? Ей просто нечего было надеть, а у Антона родители люди не бедные, квартира, сама знаешь, какая!
Я открыла рот, слушая Илону. Все это казалось настолько невероятным, что просто не укладывалось в голове.
– Маринка из кожи вон лезет, чтоб доказать всем собственную исключительность, но ее съедает зависть, понимаешь? Зависть к вещам, к чужим деньгам, к модным тряпкам, машинам и прочей дребедени.
– Но она же сама всегда говорила, что это все – мещанство! Что ее мама шьет лучше, чем все кутюрье в мире, вместе взятые! Автомобили загрязняют воздух, компьютер – современный наркотик…
Илона кивала в такт моим словам:
– Да-да, так и есть, когда все эти вещи принадлежат не ей. Когда ее отец купил музыкальный центр, ты вспомни, как она похвалялась!
– Он у них стоит в большой комнате на самом видном месте, – растерянно сообщила я.
– Кто втихомолку копит на автомобиль, ругая на чем свет стоит тех, у кого машины есть?
– Но при чем здесь родители? – поморщилась я.
– Ой, Диана, какой ты еще ребенок! – вздохнула Илона.
– Ну, знаешь! – я вспыхнула. – По твоим словам выходит, что Маринка мстит мне за то, что мой отец много зарабатывает.
Но Илона ничуть не растерялась:
– И за это тоже. Но главным образом за то, что ты лучше нее. Во всем. Она зубрит целыми днями, и получает четверки, а ты вообще ничего не делаешь, по ее словам, но у тебя всегда все на отлично. Она ходит на те же факультативы, посещает дополнительные занятия, рвется на части. Но на олимпиады посылают тебя. Заметь, ее мать работает в школе, и даже это не помогает ей быть первой. А эта недавняя история с Тохой? Она тебя тоже ничему не научила?
Я сникла. Тоху Маринка подставила капитально. И он попался, попался, несмотря на то, что уже знал о том, какая она. Просто потому, что был влюблен.
Я вспомнила нашу встречу у кабинета директора, рассказала о ней Илоне.
– Ну, что ж, – прокомментировала Илона, – мысленно жму Тохе руку. Лучше поздно, чем никогда.
– Но ведь это чудовищно! Если все, что ты говоришь – правда, я просто не знаю, как она вообще живет!
– Выживает, – поправила Илона, – ей некомфортно жить в предлагаемых обстоятельствах, она пытается их изменить.
– И ты говоришь об этом так равнодушно? Ты что, ее оправдываешь? – растерянно спросила я.
– Я никого не оправдываю и никого не осуждаю. Я пытаюсь тебе объяснить поведение Маринки, вот и все, – Илона, кажется, сердилась.
– Ты ведь все это испытала на себе, так? – устало спросила я.
– Да, только мне тогда лет было меньше, и рядом не было никого, кто смог бы помочь, – призналась Илона. – Так что, пришлось до всего доходить самой.
– И ты… – я запнулась, но все-таки продолжила, – стала такой?
– Какой?
– Равнодушной, спокойной, умной.
– Ты хочешь сказать: погруженной в себя, испуганной, циничной? – Усмехнулась Илона.
– Да нет же! Нет!
– Не важно, – отмахнулась она, – мне так легче и этим все сказано.
– Значит, Маринке тоже легче так, – задумчиво произнесла я.
Мое негодование внезапно сменилось жалостью:
– Бедная Маринка, – сказала я.
– Я знала, что ты именно так и скажешь, – Илона согласно кивнула. – Я поэтому и пришла к тебе, поэтому и настаивала на том, чтоб ты попала на вечеринку. Если бы я все рассказала тебе заранее, ты, пожалуй, разозлилась бы! Благородное негодование и все такое…
Она невесело улыбнулась.
– Но откуда тебе все это известно? – чуть слышно прошептала я.
– Мне? Почему только мне? Это известно всем, кроме тебя, конечно".


Повторюсь, по-моему, каждая фраза в диалоге попала в точку. Диана снова перестаёт общаться с Маринкой, но та неожиданно объявляется сама.

"Как-то днем мы сидели у Илоны, слушали музыку и мечтали. Зазвонил телефон. Илона нехотя сняла трубку, я заметила, как у нее удивленно приподнялись брови, и она сказала кому-то чуть изменившимся голосом: «Дома, да… конечно, приходи…».
– Лариска? – спросила я.
– Нет. Это Маринка. Она сейчас придет.
– Вот это да!
– Действительно, удивила, – задумчиво произнесла Илона, – кажется, у нее что-то случилось, по-моему, она плакала…
Она появилась очень скоро. Мы даже в себя не успели прийти после ее звонка, а Маринка уже стояла у двери.
Маринка выглядела осунувшейся. Она вошла, не глядя на нас, сняла пальто, уронила его на пол и прошла в комнату прямо в сапогах.
Илона подняла пальто, пристроила на вешалку; мы остановились в дверном проеме, не решаясь нарушить Маринкино горе, заполнившее постепенно квартиру.
– Марин, может, чаю? – робко предложила Илона.
Маринка подняла на нее полные слез глаза.
– Стас погиб! – сказала она и зарыдала.
Мы как могли, утешали ее, уверяли, что она правильно сделала, что пришла. Илона снова бегала на кухню, заваривала зеленый чай, металась туда-сюда. Я спохватилась и догадалась выключить музыку.
С полчаса Маринка просто лежала и тихо плакала. Потом нам показалось, что она задремала. Мы сидели молча, я у Маринки в ногах на диване, Илона – в кресле рядом. На столике остывал забытый чай.
Маринка открыла глаза.
– Как ты? – встрепенулась Илона.
– Спасибо, мне немного лучше. – Маринка приподнялась и села, подогнув под себя ноги. Она была в черном свитере и длинной серой клетчатой юбке, тонкие светлые волосы разметались по плечам, в этот момент я увидела, что Маринка не красива, нет, она прекрасна!
– Как это произошло? – охрипшим от волнения голосом спросила Илона, и тут же спохватилась: – если не хочешь, не отвечай.
Маринка слабо мотнула головой:
– От него давно не было писем… а сегодня пришло… от его родителей… от отца. Он сообщил, что… Потом Маринка вроде бы, успокоилась. Подумав, достала из кармана вчетверо сложенный листок бумаги.
– Вот, письмо, – сказала она.
Развернула и начала читать. Очень хорошее письмо, в нем отец Стаса сообщал Маринке о гибели сына, о том, как много слышал от него о ней. И считает ее чудесной девушкой. Он был благодарен Маринке за ее любовь к его сыну. Надеялся на то, что в ее жизни все еще сложится, потому что она только начинает жить".


Несмотря на жгучую жалость к Маринке, Диану что-то смущает во всей этой ситуации.

"Она закончила читать и передала письмо мне. Я всмотрелась в крупные острые буквы, ровные строчки, взгляд скользил по странице вниз, наткнулся на подпись: «папа и мама Стаса». Я никак не могла отделаться от назойливого воспоминания, какой-то неподобающей мысли. А она настойчиво возникала снова и снова, хотя я всячески пыталась прогнать ее.
У меня невольно вырвалось:
– У Стаса был очень похожий почерк…
Маринка забрала у меня письмо.
– Ничего удивительного, они же родственники, – сказала она, и голос ее дрогнул.
В тот день мы больше не говорили о Стасе.
Только один раз, когда Маринка сказала, что хотела бы сжечь его письма, Илона ответила: «Да, так будет лучше…»
Мы долго сидели втроем.
Когда Илона предложила перекусить немного, Маринка даже оживилась, сказала, что с утра ничего не ела и теперь у нее кружится голова.
Илона сразу же потащила ее на кухню, усадила за стол, извлекла из холодильника кастрюлю с борщом, поставила на плиту; достала хлеб, колбасу, сыр и велела мне все это нарезать.
Маринка таскала куски прямо из-под ножа:
– Как есть хочется! Это нервное, наверное…
Она опустошила тарелку борща, съела почти все бутерброды, выпила чаю, откинулась на стуле и блаженно зажмурила глаза.
– Полегчало тебе? – усмехнулась Илона.
– Вы вернули меня к жизни, – выдохнула Маринка.
Вернулась с работы мама Илоны, и мы стали собираться. Решили проводить Маринку до дома.
Всю дорогу она оглядывалась, словно что-то искала. Вдруг остановила нас и сказала:
– Здесь.
Мы переглянулись. Калитка в школьном заборе была распахнута, за ней темнели деревья, в снегу чуть заметная тропинка. Мы прошли по ней в небольшой парк, утопая в сугробах, добрались до глухого угла. Теперь нас никто не смог бы увидеть. Маринка судорожно рванула из сумочки пачку писем, перетянутых ленточкой. Я сразу поняла, что она хочет делать.
Илона спросила:
– А где конверты?
Маринка быстро ответила:
– Я их сжигала сразу же, как только приходили письма.
Маринка бросила пачку на снег и стала рыться в карманах.
– Должна быть зажигалка, – повторяла она.
– Вот, возьми, – Илона протянула ей коробку спичек.
– Спасибо, – Маринка неумело чиркнула спичкой, та сломалась, за ней последовала другая. Наконец, Маринке удалось извлечь огонек, она склонилась над пачкой, чтоб поджечь, но спичка потухла.
– Дай-ка я, – предложила Илона.
Она отобрала у Маринки спички, присела на корточки, развязала ленточку, взяла верхнее письмо и подожгла его с уголка, бумага горела плохо, она была в снегу, Илона догадалась вытащить письмо из середины и снова подожгла его. В конце концов, ей удалось сжечь всю пачку. Черный пепел покрыл грязными ошметками синий вечерний снег.
– Ну, вот и все, – сказала Илона, отряхивая ладони.
Мы постояли немного, пока совсем не замерзли, и медленно пошли к Маринкиному дому".


Наступает март. А также своего рода пик отношений Маринки и Дианы. Вот что произошло. Диане родители привезли из командировки красивое пальто и кепку. Перед школой она показывается Илоне в новом образе, Илона в восторге. Прохожие оборачиваются, одноклассники делают комплименты, девчонки щупают ткань пальто. Рады все, кроме Маринки.

"– Глупо выглядишь…
Кто-то захихикал за спиной.
Мы нагнали ее перед классом.
Илона звонко крикнула:
– Маринка!
Она обернулась, окинула нас надменным взглядом.
– Илона, хоть ты на нее повлияй, – процедила она, – а то вечно вырядится, как…
– А по-моему, очень красивое пальто, и Диане оно очень идет, – Илона смотрела Маринке прямо в глаза.
Маринка картинно пожала плечами и закатила глаза:
– Пальтишко ничего себе, – со вздохом согласилась она, – но не для Динки.
– А для кого же? – насмешливо переспросила Илона.

– Для того, у кого более подходящая фигура, – парировала Маринка.
– Ты имеешь в виду кого-то похожего на тебя, не так ли? – Илона перешла на шепот.
Я заметила, как у Маринки раздуваются ноздри. Она злилась, злилась всерьез!
А Илонке словно того и надо было. Она продолжала:
– Так давай, примерь его, а мы посмотрим…
Вокруг нас собрались заинтересованные одноклассники.
– Примерь, Маринка, – веселились они, – а мы посмотрим.
– На перемене! – Маринка резко повернулась и вошла в класс.
На перемене народ, смеясь, пошел к раздевалке. Маринка с гордо поднятой головой схватила пальто и, не позволив никому помочь, сама натянула его на себя. Застегнулась на все пуговицы.
Кто-то тихонько прыснул.
– Коротка кольчужка, – пробасил Дэн.
Засмеялись громче.
Маринка бросилась к зеркалу. Взглянула и в ужасе стала сдирать с себя злополучное пальто, которое некрасиво обтянуло ее.
Конечно, будь оно на размер больше, Маринка смотрелась бы в нем лучше. А теперь оно с трудом налезло на толстый свитер и длинную юбку, из рукавов торчали крупные Маринкины руки, пальто разъезжалось на груди и бедрах, было узко в плечах, в общем, если кто-нибудь пробовал надевать вещи младшей сестренки, тот знает, что это такое.
Народ ржал, не скрываясь. У нас ведь как, если человек, который не очень всем нравится, совершает ошибку, то могут и затоптать.
Маринка сорвала с себя пальто, бросила его на руки Илоне и быстрым шагом удалилась".

Диана понимает, что Марина сильно завидует ей. Выясняется, что родители Марины переезжают в другой город по работе, а дочь оставляют с бабушкой.

"- Так, значит, ты будешь доучиваться не с нами?
Маринка вздрогнула:
– Почему же, – она собралась с силами и отчеканила, – я остаюсь.
– Вот как, – Илона изобразила удивление. – Довольно странно…
– Ничего странного, – быстро ответила Маринка, – мы все вместе так решили. Родителям надо устроиться, осмотреться. А у меня – последний год. Адаптация в новой школе – всегда стресс. Так что я поживу у бабушки.
Ее лицо покрылось красными пятнами. Разговор, судя по всему, был для нее крайне неприятен.
Мне стало жаль ее. Новость меня несколько обескуражила. Я знала, как Маринка привязана к маме, знала, что переезд – это большие затраты, и теперь, очевидно, Маринке придется совсем туго. У бабушки однокомнатная квартира и маленькая пенсия. Смогут ли родители помогать? Ведь раньше, насколько мне известно, бабушка существовала только на то, что у нее было".


Маринка уходит. Рита, Илона и Диана остаются. Выясняется правда об отношениях Стаса и Маринки.

"– Зря я так, – вздохнула Илона, – ей и без того не сладко.
– Да, – согласилась я, – не позавидуешь, да еще эта история со Стасом…
– Да при чем здесь Стас… – поморщилась Илона.
– Как, при чем? – удивилась я. – Ведь она его любила…
– А, это вы о той истории, – кивнула Рита, – я помню, очень романтическая.
– Нет же! Какая там романтика! Трагедия, а не романтика. Он же погиб зимой! – я уставилась на Илону, потому что она посмотрела на меня с сожалением. А Рита, как всегда, с ироничной улыбкой.
– Ты что, еще ничего не поняла? – спросила Илона.
– Ты о чем? – опешила я.
– Не было никакого Стаса, – вдруг выдала Илона. А когда я на несколько минут замерла с открытым ртом, добавила: – Я думала, ты догадалась, когда мы жгли письма, там, в школьном дворе.
В моем сознании что-то сместилось, щелкнуло, как будто кто-то нажал нужную кнопку, и части картинки-пазла встали, наконец, на место. Отсутствие конвертов, редкие встречи, потом этот уход в армию…
Но главное: почерк! Почерк отца пресловутого Стаса, похожий на почерк самого Стаса… эти крупные острые буквы: размашистые у Стаса, мелкие у его отца и более крупные, выстроенные в безупречно ровные строчки у самой Маринки.
Да еще текст! Словно я где-то уже читала все это! Но зачем!
– Зачем? – повторила я вслух.
– У нее все должно быть безупречно! – отозвалась Илона, – она не могла встречаться с обычным парнем, таким, как Тоха. Королеве нужен король, ну, на худой конец, звезда экрана. Маринке понадобился Брэд Питт. За неимением, пришлось придумать Стаса. И здесь она не была оригинальна, у нее папу Славой зовут.
Я обхватила голову руками. Рита сочувственно вздохнула.
– Она хотела, чтоб ты ей завидовала, – продолжала объяснять Илона, – а ты не стала завидовать, ты всячески восторгалась и поддерживала ее любовь, которой на самом деле не было. Маринке стало скучно, и она убила несостоятельного Стаса, которого, как ты теперь понимаешь, не было и быть не могло.
Я верила и не верила. Все это было слишком сложно. Мне бы и в голову не пришло придумывать настолько сложную игру, и ради чего?
Я помотала головой:
– Не может быть! То есть я допускаю, что Маринка придумала своего Стаса…
– Диана, ну нельзя же быть такой наивной! – возмутилась Илона. – Вся эта история и была придумана в расчете на твою наивность. Маринка хорошо тебя изучила. Но, все-таки судила по себе, да еще и соблазн!
– Но как ты догадалась? – спросила я.
– Не только Илона, я тоже, – добавила Рита.
– И ты?
– А чему ты удивляешься? – пожала плечами Илона, – она вынуждена была рассказать свою историю мне и Рите, чтоб выглядело правдоподобнее. К тому же, Маринка страшно ревновала.
– Это я понимаю…
– Вот именно! Она к тебе привыкла, ты была ее тенью, и чем дальше, тем больше ей хотелось полного подчинения. А тут вдруг, бац! Подружка-то, оказывается, имеет свое мнение, у нее могут появиться друзья на стороне и другие интересы.
Мне стало не по себе.
– Выходит, она меня использовала?
Илона махнула рукой:
– Ты ее не суди слишком строго. Так получилось. Если бы я не вмешалась, ничего бы не было. Так и бегала бы ты с ней.
– И Стас бы не возник?
– Думаю – нет.
Значит, вот как… Выходит, Маринка занималась моей дрессировкой. Она делала из меня серую мышь, причем совершенно намеренно. В глаза называла лучшей подругой, а за глаза рассказывала парням, что я в них влюблена, что я дурочка, не умею одеваться… Потом она стала говорить мне это в глаза, чтоб убедить окончательно. И она убедила бы! Я же помню приглашение на вечеринку, где все заранее предвкушали покуражиться над влюбленной дурочкой! Я должна была согласиться с тем, что мне ничего не светит!
Но Маринка переборщила.
Я вышла из оцепенения:
– Илона, выходит, ты тоже ставила на мне эксперименты? – горько усмехнулась я, – так чем же ты тогда отличаешься от Маринки?
– Мне ничего от тебя не нужно, – ответила Илона".


У Дианы появляются поклонники. Их класс приглашают на выпускной бал, и Диана становится королевой бала. Маринка, видя это, убегает. Она не может сдержать зависть. Девушки переходят в 11 класс. В заключение, Диана рассказывает об отношениях с Маринкой на данный момент.

"Мы с ней вполне дружелюбны друг с другом, хотя, прежних отношений, конечно, уже нет. Она ездила в Норвегию, но вернулась немного разочарованная. Интересно, чего она ждала от поездки? Коленопреклоненной Европы? Она заметно притихла. Варится в своем мирке. Ее по-прежнему повсюду сопровождает Владька.
Она живет у бабушки в однокомнатной квартире и ждет не дождется, когда же закончится этот год, чтоб уехать к родителям. По слухам, у них все сложилось. Может, теперь Маринка будет счастлива…"


Несмотря на то, что «На зависть королеве» задумывался как рассказ о любви для подростков, я считаю, что в нём довольно точно показана нарциссическая зависть. Маринка, завидуя внешности, уму, образу жизни Дианы, сначала пытается подражать подруге, а потом обесценивает её, заставляет сомневаться в себе, умело манипулирует окружающими, плетёт интриги и выставляет девушку в дурном свете. Конечно же, ни о какой настоящей дружбе не может идти речи.

Кроме того, в рассказе присутствует довольно занимательный эпизод с мистификацией, направленный на получение нарцресурса. Но самым ценным в рассказе являются объяснения Илоны мотивов Маринки: точные, жёсткие фразы сражают читателя наповал своей проницательностью.

Хотелось бы отметить, что в данном произведении чётко прослеживается сам механизм деструктивного поведения, понимание которого является актуальным как для подростков, так и для взрослых. Поэтому рассказ «На зависть королеве» мне очень понравился, и я со спокойной душой рекомендую его к прочтению".

  • 1
цепануло про придумки с похоронами. нарциссиха тоже пыталась меня такими манипуляциями из норы выдернуть. до сих пор не знаю правда ли там смерти были или нет, но на тот момент повелась. правда, потом че-то не сходилось, но ковыряться не стала. страшные они люди

Мощный был пинг у одной читательницы от нарца. Она его год игнорила и тут он пишет: "У моей бывшей жены обнаружили ВИЧ, вот я тоже надумал провериться, ну и тебе не помешало бы".

Такое трудно проигнорировать. Читательница сразу нашла у себя признаки начинающегося СПИДа, она как раз перенесла несколько простуд подряд. Психоз, паника, конечно. Два дня тесной переписки с нарцем, поиск аргументов за и против.

Я ей посоветовала не переписываться с ним, а как можно скорее сдать анализ и успокоиться. Она сходила на третий день. Анализ, естественно, был отрицательный. Но нарц получил, что хотел.


У меня был коллега, плакался всем, что у него отец умер. Кто-то даже ему на похороны скидывался из коллектива. Параллельно жаловался, что сестра у него тяжело больная, чуть не помирает. В какой-то момент пришел и сообщил траурным голосом, что у него тоже нашли какую-то неизлечимую пиздецому (не помню точно какая болезнь, давно дело было). Все ещё думали: вот несчастный парень, сколько бед свалилось разом, не каждый такое вынесет...
В общем совершенно случайно выяснилось, что отец жив-здоров, а сестры у него вообще никакой нет и не было. Ну и про свои болячки, я уверена, назвиздел тоже (другой коллега его видел не так давно, говорит, что выглядит неплохо). Всё это мы узнали уже после того, как он вылетел с работы, а вылетел потому, что пытался втихушку прикарманить деньги компании. В общем весёлый паренёк.

Edited at 2018-10-05 11:50 am (UTC)

вот-вот. тоже вечно то якобы в больнице, то кто-то умер, то ограбили, то обокрали, то соседи козлы ментов натравили. и так по кругу. ну блин как до людей-то не доходит, что не бывает так

Читала и задавалась вопросом: а через какой же ад прошла Илона, что заставило ее стать настолько спокойной и мудрой? Ведь эта девочка выглядит не просто на несколько лет старще свестниц, она их буквально на жизнь старше!

Когда дома всю жизнь выживаешь среди взрослых психопатов, в школе только отдыхать. Пока читала, чуть не уснула.

"Читала и задавалась вопросом: а через какой же ад прошла Илона, что заставило ее стать настолько спокойной и мудрой? Ведь эта девочка выглядит не просто на несколько лет старще свестниц, она их буквально на жизнь старше!"

Да нет этой девочки. Это альтер-эго автора. Типа мудрый голос за кадром.

Похоже, так, только как-то сыровато и кривовато. Иначе крайне подозрительно задолбанный ребенок и это никак не раскрывается, реквизит.

в самом начале обольщения мой нарц перегнул палку, и я чуть не слетела с крючка. и когда я уже была готова вычеркнуть его из своей жизни, мне была предъявлена история и том, что только что его друга убили. я сама так расстроилась, что начала курить. не стоит и говорить о том, что траур у нарца был недолгим - он получил, что хотел, а я еще сильнее вляпалась в эти отношения со своим тогдашним стремлением утешить всех страждущих.

наверное, поэтому история со Стасом в повести мне сразу показалась надуманной, особенно ее развязка. но если бы подобное описываемому со мной случилось в школе, я бы поступала, как Диана - очень похожие и типаж, и ситуация в целом)

о боги, у дочки такая девочка пришла в прошлом году в школу в 3 класс, драма, скандалы, интриги, расследования ..
иду забирать ребёнка она видя меня бежит через футбольное поле, по пути начинает рыдать, бросается на шею и играет как в спектакле! -ваша дочь сказала что мы больше не подруги! как я буду дальше! Скажите вы ей! я говорю - ну тут народу полно дружи с кем нибудь ещё, у тебя же есть другие друзья которые хотят ? не расстраивайся дружи с другими. тут же слезы исчезают и она уходит .. и примерно такое каждую неделю, «о боже я так страдаю и рыдаю что мой друг сломал руку! я так переживаю!» и она рыдает аж говорить не может и вот уже все переключились с друга и он ее даже успокаивает второй рукой и уговаривает не волноваться так сильно, после чего когда все расходятся она отнимает и выбрасывает за забор повязку которой подвязан его гипс .. Стараюсь что бы дочь от неё дистанцировалась. им по 8 лет Это такое с детства прямо начинается?

Да. Задатки могут быть и врождёнными а запускающая психотравма - до 5 лет.
Хотя детям не ставят диагнозов, потому как это может быть и нечто безобидное что они потом перерастают. (Или при соответствующей поддержке направляют в конструктивное русло свой драм. талант )

Edited at 2018-11-24 10:16 pm (UTC)

  • 1