?

Log in

No account? Create an account

Перверзные нарциссисты, психопаты


Previous Entry Share Next Entry
Блиц-обольщение Анатоля Курагина (Анализ психолога)
tanja_tank
Еще один разбор от психолога Елены Тюнеевой (https://www.facebook.com/elen.tyuneeva)

Неделю назад я опубликовала ее анализ фильма "Мой король" https://tanja-tank.livejournal.com/258920.html - если не читали, рекомендую.

"Перечитываю «Войну и мир» и с особым интересом вникаю в сцены, где описывается характер и поведение деструктивных людей. Это моя давняя излюбленная тема.

Любопытно описана встреча уже обрученной с Болконским Наташи Ростовой и бесшабашного Анатоля Курагина, кружившего головы дамам.

Толстой очень точно описывает обольстительное поведение психопата и то, какой эффект оно оказывает на неопытную Наташу. А эффект этот сравним с действием яда, впрыснутого пауком мушке, попавшей в его сети.  Уже после первой встречи, придя домой Наташа чувствует абсолютную растерянность, не понимает, что произошло, думает о том, не совершила ли она чего-то непоправимого, ломает голову, пытаясь понять, что значит его поведение и как к этому относиться. И она уже очарована.

Что же делает Курагин? Он беспардонно и резко сокращает дистанцию, проще говоря, постоянно нарушает границы Наташи. Такое поведение не принято в обществе, но он делает это так, словно ничего особенного не происходит.

Это сбивает Наташу с толку, она оглядывается на отца и Элен, словно бы спрашивая: «Эээм, а так можно?», но не находит ответа, никто ничего как будто не замечает. Ей тесно, тяжело и страшно рядом с ним из-за его манеры общения, но, к сожалению, она не придает этому особого значения.

Еще до знакомства с Наташей Анатоль смотрит ей прямо в глаза – слишком интимный взгляд – «фишка» многих деструктивных людей:

«Во время своего разговора с Пьером, Наташа услыхала в ложе графини Безуховой мужской голос и почему-то узнала, что это был Курагин. Она оглянулась и встретилась с ним глазами. Он почти улыбаясь смотрел ей прямо в глаза таким восхищенным, ласковым взглядом, что казалось странно быть от него так близко, так смотреть на него, быть так уверенной, что нравишься ему, и не быть с ним знакомой».

А потом он только наращивает темп обольщения: сразу разговаривает с ней как со старой знакомой, делает огромное количество комплиментов, упорно разглядывает ее, приглашает ее на карусель и это звучит как-то неприлично, но он сам ничуть не смущен. Минут пять-десять разговора и Наташа уже в мороке, она забыла обо всем и уже не кажется, что происходит что-то странное.

Прощаясь Курагин пожимает ей руку выше локтя. Это явное нарушение телесных границ. Такие маркеры в поведении нового знакомого, а главное дискомфорт, страх возникающий рядом с таким человеком – тревожный звоночек, о том, что происходит что-то неладное и повод очень внимательно присмотреться к тому, кто так стремится сблизиться с вами. Зная себя и доверяя своим чувствам, и зная, как ведут себя манипуляторы, гораздо легче защищать свои границы и не попасть под влияние недобросовестных людей.

Кстати, уже на второй встрече Анатоль выдает свое отношение к Наташе как к игрушке. Он признается ей в любви, а когда Наташа отвечает, что обручена и любит другого, честно говорит: «Не говорите мне про это. Что мне за дело?».

Скорее всего Наташа поняла это так, что его любовь настолько сильна, что даже ее помолвка с другим не остужает его пыл, а жаль, понимать надо было так: «Мне нет дела до того, что с вами будет, после того, как я наиграюсь».

Ниже привожу отрывок, в котором описано их знакомство:

«В антракте в ложе Элен пахнуло холодом, отворилась дверь и, нагибаясь и стараясь не зацепить кого-нибудь, вошел Анатоль.

- Позвольте мне вам представить брата, - беспокойно перебегая глазами с Наташи на Анатоля, сказала Элен.
Наташа через голое плечо оборотила к красавцу свою хорошенькую головку и улыбнулась. Анатоль, который вблизи был так же хорош, как и издали, подсел к ней и сказал, что давно желал иметь это удовольствие, еще с Нарышкинского бала, на котором он имел удовольствие, которое не забыл, видеть ее.
Курагин с женщинами был гораздо умнее и проще, чем в мужском обществе. Он говорил смело и просто, и Наташу странно и приятно поразило то, что не только не было ничего такого страшного в этом человеке, про которого так много рассказывали, но что напротив у него была
самая наивная, веселая и добродушная улыбка.

Курагин спросил про впечатление спектакля и рассказал ей про то, как в прошлый спектакль Семенова играя, упала.

- А знаете, графиня, - сказал он, вдруг обращаясь к ней, как к старой давнишней знакомой, - у нас устраивается карусель в костюмах; вам бы надо
участвовать в нем: будет очень весело. Все сбираются у Карагиных. Пожалуйста приезжайте, право, а? - проговорил он.


Говоря это, он не спускал улыбающихся глаз с лица, с шеи, с оголенных рук Наташи. Наташа несомненно знала, что он восхищается ею. Ей было это приятно, но почему-то ей тесно и тяжело становилось от его присутствия.

Когда она не смотрела на него, она чувствовала, что он смотрел на ее плечи, и она невольно перехватывала его взгляд, чтоб он уж лучше смотрел на ее
глаза. Но, глядя ему в глаза, она со страхом чувствовала, что между им и ей совсем нет той преграды стыдливости, которую она всегда чувствовала между собой и другими мужчинами. Она, сама не зная как, через пять минут чувствовала себя страшно-близкой к этому человеку.

Когда она отворачивалась, она боялась, как бы он сзади не взял ее за голую руку, не поцеловал бы ее в шею. Они говорили о самых простых вещах и она чувствовала, что они близки, как она никогда не была с мужчиной. Наташа оглядывалась на Элен и на отца, как будто спрашивая их, что такое это значило; но Элен была занята разговором с каким-то генералом и не ответила на ее взгляд, а взгляд отца ничего не сказал ей, как только то, что он всегда говорил: "весело, ну я и рад".

В одну из минут неловкого молчания, во время которых Анатоль своими выпуклыми глазами спокойно и упорно смотрел на нее, Наташа, чтобы прервать
это молчание, спросила его, как ему нравится Москва. Наташа спросила и покраснела. Ей постоянно казалось, что что-то неприличное она делает, говоря с ним. Анатоль улыбнулся, как бы ободряя ее.

- Сначала мне мало нравилась, потому что, что делает город приятным, ce sont les jolies femmes, [21] не правда ли? Ну а теперь очень нравится, - сказал он, значительно глядя на нее. - Поедете на карусель, графиня? Поезжайте, - сказал он, и, протянув руку к ее букету и понижая голос, сказал: - Vous serez la plus jolie. Venez, chere comtesse, et comme gage donnez moi cette fleur. [22]

Наташа не поняла того, что он сказал, так же как он сам, но она чувствовала, что в непонятных словах его был неприличный умысел. Она не
знала, что сказать и отвернулась, как будто не слыхала того, что он сказал. Но только что она отвернулась, она подумала, что он тут сзади так близко от
нее.


"Что он теперь? Он сконфужен? Рассержен? Надо поправить это?" - спрашивала она сама себя. Она не могла удержаться, чтобы не оглянуться. Она
прямо в глаза взглянула ему, и его близость и уверенность, и добродушная ласковость улыбки победили ее. Она улыбнулась точно так же, как и он, глядя
прямо в глаза ему. И опять она с ужасом чувствовала, что между ним и ею нет никакой преграды.

Опять поднялась занавесь. Анатоль вышел из ложи, спокойный и веселый. Наташа вернулась к отцу в ложу, совершенно уже подчиненная тому миру, в
котором она находилась. Все, что происходило перед ней, уже казалось ей вполне естественным; но за то все прежние мысли ее о женихе, о княжне Марье, о деревенской жизни ни разу не пришли ей в голову, как будто все то было давно, давно прошедшее.

В четвертом акте был какой-то чорт, который пел, махая рукою до тех пор, пока не выдвинули под ним доски, и он не опустился туда. Наташа только
это и видела из четвертого акта: что-то волновало и мучило ее, и причиной этого волнения был Курагин, за которым она невольно следила глазами.

Когда они выходили из театра, Анатоль подошел к ним, вызвал их карету и подсаживал их. Подсаживая Наташу, он пожал ей руку выше локтя. Наташа, взволнованная и красная, оглянулась на него. Он, блестя своими глазами и нежно улыбаясь, смотрел на нее.


-- --

Только приехав домой, Наташа могла ясно обдумать все то, что с ней было, и вдруг вспомнив князя Андрея, она ужаснулась, и при всех за чаем, за
который все сели после театра, громко ахнула и раскрасневшись выбежала из комнаты. "Боже мой! Я погибла!" сказала она себе. Как я могла допустить до этого?" - думала она.

Долго она сидела закрыв раскрасневшееся лицо руками, стараясь дать себе ясный отчет в том, что было с нею, и не могла ни понять того, что с ней было, ни того, что она чувствовала. Все казалось ей темно, неясно и страшно.

Там, в этой огромной, освещенной зале, где по мокрым доскам прыгал под музыку с голыми ногами Duport в курточке с блестками, и девицы, и старики, и голая с спокойной и гордой улыбкой Элен в восторге кричали браво, - там под тенью этой Элен, там это было все ясно и просто; но теперь одной, самой с собой, это было непонятно.

"Что это такое? Что такое этот страх, который я испытывала к нему? Что такое эти угрызения совести, которые я испытываю теперь"? думала она. Одной старой графине Наташа в состоянии была бы ночью в постели рассказать все, что она думала. Соня, она знала, с своим строгим и цельным взглядом, или ничего бы не поняла, или ужаснулась бы ее признанию. Наташа одна сама с собой старалась разрешить то, что ее мучило.

"Погибла ли я для любви князя Андрея или нет? спрашивала она себя и с успокоительной усмешкой отвечала себе: "Что я за дура, что я спрашиваю это? Что ж со мной было? Ничего. Я ничего не сделала, ничем не вызвала этого. Никто не узнает, и я его не увижу больше никогда", - говорила она себе. "Стало быть ясно, что ничего не случилось, что не в чем раскаиваться, что князь Андрей может любить меня и такою. Но какою такою? Ах Боже, Боже мой! зачем его нет тут"!

Наташа успокоивалась на мгновенье, но потом опять какой-то инстинкт говорил ей, что хотя все это и правда и хотя ничего не было - инстинкт говорил ей, что вся прежняя чистота любви ее к князю Андрею погибла. И она опять в своем воображении повторяла весь свой разговор с
Курагиным и представляла себе лицо, жесты и нежную улыбку этого красивого и смелого человека, в то время как он пожал ее руку».



  • 1
Интересный разбор романа. "Он беспардонно и резко сокращает дистанцию, проще говоря, постоянно нарушает границы Наташи". Почему такое нарушение границ часто остается безнаказанным? Потому что мы считаем себя слишком мнительными? Или другая причина? А звоночки то чувствуем... Инстинкт то нам говорит, но мы почему то его подавляем. Почему?

Потому что мечту никто не отменял, а надежда умирает последней

Потому что обычная дружба и отношения тоже во многом нарушение границ по сути. Просто обычно это не резко, по обоюдному согласию и т. д.

Да, всем дамам бы учить наизусть....


Спасибо за разбор, всегда интересно

Абъюзер типичный

Со мной на работе такое было - я была новенькой в уже "старом" коллективе. Один южанин с Ближнего Востока как бы дружески-невзначай слегка дотрагивался рукой, похлопывал по плечу, направлял так сказать движение, легонько хлопая по спине. Я отворачивалась, зло на него смотрела, резко отходила, но с неделю не хотела высказываться. Не люблю конфликтовать. Надеялась, что сам поймет. Ничего подобного. Пока я наконец, не рявкнула: "не надо меня руками трогать!" в присутствии других коллег. При этом горячий южанин сделал вид, что я нервничаю на пустом месте, а он всего-то хотел мне показать дорогу в кабинет руководства (всем известную).

Вот так они нагрев человека, огребают психозы и выставляют нас неуравновешенными.


Ехала в автобусе и рядом севший дедуля общался со мной фамильярно. Но как бы под прикрытием почтенного возраста, никто не должен был усмотреть что-то гнилое...
Я же в какой-то момент громко и чётко, с некоторой наивностью в голосе спросила: Дедушка, вы ПЕДАФИЛ? Окружающие на секунду замерли. Он заткнулся и касаться коленками перестал.


Писали:Потому что обычная дружба и отношения тоже во многом нарушение границ по сути. Просто обычно это не резко, по обоюдному согласию и т. д.
Вспомнила Лермонтова "Графиня Лиговская".
"Отчего вы сделались так печальны? — спросила наконец у Печорина кузина Веры Дмитревны.
— Причину даже совестно объявить, — отвечал Печорин…
— Однако ж!..
— Зависть!..
— Кому ж вы завидуете?.. например…
— Не мне ли? — сказал князь, тонко улыбаясь и не воображая важности этого вопроса: Печорину тотчас пришло в мысль, что княгиня рассказала мужу прежнюю их любовь, покаялась в ней как в детском заблуждении; если так, то всё было кончено между ними, и Печорин неприметно мог сделаться предметом насмешки для супругов, или жертвою коварного заговора; я удивляюсь, как это подозрение не потревожило его прежде, но уверяю вас, что оно пришло ему в голову именно теперь; он обещал себе постараться узнать, исповедывалась ли Вера своему мужу, и между тем отвечал:
— Нет, князь; не вам, хотя бы я мог, и всякий должен вам завидовать… но признаюсь, я бы желал иметь счастливый дар этого Красинского — нравиться всем с первого взгляда…
— Поверьте, — отвечала княгиня, — кто скоро нравится, об том скоро и забывают."
Да дружба и отношения это постепенное открытие границ перед людьми, которым ты начинаешь доверять. Но пожалуй последнее утверждение княгини к нарциссам не относится

Мне всегда казалась, что Наташа попала между двумя деструктивными людьми- Анатолем и Андреем. И они играли ей, в игру -кто быстре или кто круче из них. А она....ну что она, она игрушка и еда.

Толстой и сам был слегка тогось

Лев Толстой наверняка считал Анатоля и Андрея "типичными представителями" того времени, а значит, это было вполне в их духе. Наташа - лакомый кусочек, не более.

Таки надо это вводить в школах на уроках....


  • 1