Перверзные нарциссисты, психопаты (tanja_tank) wrote,
Перверзные нарциссисты, психопаты
tanja_tank

Categories:

Как не надо жить

Это письмо я получила позавчера и публикую вне очереди. Ситуация критическая. Возможно, автор прочитает ваши комментарии и найдет в себе силы и мотивацию жить дальше...


"Возможно, когда вы прочитаете это письмо, меня уже не будет в живых. Я не хочу вам жаловаться, потому что во всём, что со мной произошло, виновата только я сама.

Я просто хочу рассказать свою историю читательницам и предостеречь от возможных ошибок. Хочется думать, что мой печальный опыт кому-нибудь пригодится.

С чего начать? Я не писатель и не блоггер, и мне сложно излагать свои мысли и чувства на бумаге так складно и интересно, как ваша аудитория, а хотелось бы всё же не размазывать сопли, а сделать рассказ объективным.

Я родилась в экологически и климатически очень неблагоприятном регионе, родители были бедны, без жилья, и в младенчестве родители отдали меня бабушке и дедушке, которые жили в средней полосе России.

Поскольку я была грудничок, то не могу сказать, как ба и деда восприняли этот сюрприз – с радостью или с досадой, но тем не менее меня приняли и растили. Иногда передавали другой бабушке.

В первый класс я пошла в одном городе, во второй – в другом. Бабушки тоже были разными – одна классическая, в фартуке, с пирожками, пухлая и теплая, и очень простая и добрая. Вторая – строгая, подтянутая, всегда занятая, очень интеллигентная.

Так я познакомилась с «эмоциональными качелями»: в одном месте тебя балуют и хвалят, а в другом держат в ежовых рукавицах, не позволяют лишнего и ты отчитываешься, грубо говоря, за каждую лишнюю съеденную конфету. Будучи ребенком, я не понимала – почему. Строгую бабушку боялась. Добрую любила. Маму и папу практически не знала. Особых воспоминаний из этого периода практически нет.

Воспоминания начинаются с того времени, когда меня взяли в семью к маме и папе всё в тот же неблагоприятный регион, жилищный вопрос к тому моменту уже разрешился и в этом плане всё было хорошо.

Я пошла в четвертый класс, опять новая школа. Что помню? Я поначалу стеснялась называть маму мамой, папу – папой. Это были почти незнакомые мне люди, а я была тихим, скромным ребенком.

Помню мамины бойкоты, она могла неделями не разговаривать со мной за какую-нибудь провинность. Кормила, отправляла в школу, гулять – всё молча. Я плакала, не знала как себя вести, не понимала, что происходит. Пыталась подойти к маме, обнять, очень хотелось на ручки, а мама молчала.

Иногда мама говорила, что отправляет меня в детдом – ей не нужен такой ребенок. Собирала сумки, выставляла их на лестничную клетку, а я рыдала. Мама молча смотрела.

Однажды, когда никого не было дома и мне было скучно, я решила посмотреть мамину косметичку и нашла там помаду очень красивого красного цвета. Ужасно хотелось попробовать накраситься, но я был страх – вдруг не ототрётся? Девочки в классе говорили про нестираемые помады.

Любопытство пересилило – слегка мазнула себе по ладони, ну и конечно помада не стерлась и мама увидела вечером, когда пришла с работы. Она смотрела на меня ледяным взглядом, потом сказала – «Фу, какая ты. Мать купила помаду накрасить губы на праздник, а ты ей руки разрисовываешь. Придется выкинуть». Маме было противно от меня…

Однажды я снова что-то сотворила, может примерила её юбку, может не помыла посуду, не помню, и мама притворилась мёртвой – а я снова рыдала, я такая гадкая, я убила свою маму!

Одевали меня в обноски, мамины или маминых подруг и их детей. Я не любила ни новые вещи, ни подарки – за них надо было благодарить, а у меня слова не шли. Просто какой-то ступор. Выдавливала: спасибо. Но это было не от души, не от радости – от страха.

При этом меня ни разу никто не ударил. Ни разу в жизни.

В юности, как и многие, я была гадким утенком – пухлая, с прыщами. Мама так и говорила – куда ты жрёшь, посмотри на себя, прыщавая, кривозубая, еще и жирная. За столом я стеснялась, а по ночам лезла в холодильник, ела, на утро это раскрывалось, и мама снова насмехалась над моим лишним весом и моими прыщами.

В школе меня не любили, ни в одной – да и как любить угрюмую злую девочку, которая еще и учится хорошо, и огрызаться научилась?

А мне так хотелось внимания, любви, заботы. Поэтому, как только появилась возможность, я, конечно, пустилась во все тяжкие. В период с 19 до 25 у меня было порядка 50 половых партнеров, это только тех, кого могу вспомнить. Чудом, каким-то чудом со мной не случилось ничего страшного – ни ЗППП, ни изнасилований против моей воли, ни других криминалов.

Мужчины и парни на какое-то время давали мне ощущение заботы: можно было их целовать, и они целовали меня, можно было забираться к ним на колени, чувствовать тепло, крепкие объятия. Я даже не задумывалась о том, что можно с кем-то попробовать построить отношения – мне нужен был только сон в обнимку с теплым человеком, неважно, с каким – и от предложений секса я не отказывалась.

От родителей съехала в другой город, сняла квартиру, устроилась на работу. Друзей так и не смогла завести – у всех уже сложившиеся компании, а моя прилипчивость, зависимость от людей, угрюмость и забитость так никуда и не делись.

Потом я влюбилась. Вроде бы взаимно. С этим человеком я провела в общей сложности 9 лет, а фактически под одной крышей – наверное лет 5. Он не был ни нарциссом, ни абьюзером. Мне так нравилось спешить домой и готовить ужин, и ждать его. Расстались по моей инициативе: парень был другой национальности, с предрассудками, и жениться на мне не мог (хотя я и не предлагала).

За него засватали подходящую девушку, сыграли свадьбу – а я узнала об этом случайно, спустя полгода. Как я могла об этом знать? Он всё время был со мной. Ездил на пару дней к родителям, вот тогда-то всё и произошло. Он настаивал на сохранении отношений, хотел жить на две семьи – я отказалась, не смогла.

Мама смеялась надо мной. Говорила – а я предупреждала, нашла с кем связываться, дура! К слову, когда разводился младший брат, мама рыдала несколько недель.

Я всё меньше делилась с родителями своими новостями и переживаниями. Знала – не пожалеют. Будут насмехаться, позорить и говорить о моей умственной отсталости в смысле жизни и выбора партнеров.

Был еще один долгоиграющий роман. Бурный, страстный. Мне снова повезло с мужчиной – не было тех ужасов, что описывают в своих историях девочки. Не нарцисс, не деспот, ни одного плохого слова сказать не могу.

Я была счастлива и летала как на крыльях, но человек был женат, и конечно, рано или поздно это должно было закончиться. Оно и закончилось три года назад, а я всё еще не могу его забыть. Закончилось по моей вине – я цеплялась за него, как за последнюю соломинку, ну а кто в состоянии вынести постоянное «выклёвывание мозга», звонки и слёзы?

Сейчас я абсолютно одна. Нет детей, нет друзей, с родителями и братом не общаюсь (они и не настаивают, более того – попросили не беспокоить их своими проблемами), других родственников нет.

Денег нет от слова совсем. Нет нормального образования. Съемная квартирка. Финансовые и внутриколлективные проблемы в компании, в которой я работаю. Абсолютное одиночество. Молчащий неделями телефон. Некому звонить, некому писать.

Мне 40, я еще молода и здорова, и никому не нужна. Что же будет в старости. Нет ни одного якоря, который бы держал меня тут. Я немножко знакома с фармакологией, поэтому знаю, что делать.

Я слабый человек. Не люблю себя и жду любви от других. Иногда думаю – если бы кому-то была нужна моя помощь, если бы кто-то хотел меня видеть – собралась бы среди ночи и пошла куда угодно, лишь бы кого-то обнять, лишь бы кто-то был мне рад.

Не повторяйте моих ошибок, девочки. Любите себя. Спасибо, что выслушали.
Tags: жизненные стратегии, истории читателей, промискуитет, токсичный родитель
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 58 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →