Перверзные нарциссисты, психопаты


Previous Entry Share Next Entry
«Лучший в мире» социопат Карлсон
tanja_tank
Я почему-то с детства не любила мультфильмы про Карлсона и Винни-Пуха. Видать, на интуитивном уровне не нравилась мне «дружба» в исполнении социопата, он же грандиозный нарцисс. Одно дело - «Ну, погоди!», где «миротворец» Заяц систематически дает по носу социопату Волку. И совсем другое — когда Карлсон и Винни-Пух вовсю юзают свое добросердечное, покладистое, терпеливое окружение.

Мне это не казалось смешным. По этой же причине мне неприятно смотреть, например, «Интернов». Ну да, ржачно. Но после «ржача» остается осадочек — над чем смеялась-то? Над злыми «шутками»? Над потоками обесценивания? Над тем, как «прикольно» кучка психопатов гнобит нормальных людей?..

Наверно, поэтому «не сложилось» у меня и с Карлсоном. Еще в детстве стало понятно, что упаси меня бог от «друзей», который являются лишь когда надо им, говорят только о своем, роются в вещах, вымогают подарки и комплименты, эксплуатирует финансово и физически, ссорят с людьми...

Итак, поговорим о Карлсоне.



Как очень-очень грандиозный нарцисс, Карлсон без всяких расшаркиваний и тонких заходов в первую же минуту знакомства и обольщает, и обесценивает Малыша. Читали посты про Сент-Экзюпери? «Рыцарь, влюбленный в небо» работал примерно по этому же экспресс-методу: являлся, весь такой колоссальный и фееричный, ошеломлял жертву своим блеском, сразу же утверждал свою доминирующую позицию и переходил к Пробам Пера.



«А человечек за окном тем временем замедлил ход и, поравнявшись с подоконником, сказал:
- Привет! Можно мне здесь на минуточку приземлиться?
- Да, да, пожалуйста, - поспешно ответил Малыш и добавил: - А что, трудно вот так летать?
- Мне - ни капельки, - важно произнес Карлсон, - потому что я лучший в мире летун! Но я не советовал бы увальню, похожему на мешок с сеном, подражать мне.
Малыш подумал, что на «мешок с сеном» обижаться не стоит, но решил никогда не пробовать летать».

Видите? Всего одно обесценивающее замечание — а самооценка Малыша уже поколебалась, и он уже решает, что «недотягивает» до того, чтобы летать. Рылом не вышел...

А Карлсон продолжает самопрезентацию: «Я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил!» Он тут же нарушает личные границы Малыша, хозяйничая в комнате и без спросу хватая его вещи:

«Он подошел к книжной полке Малыша и вытащил стоявшую там игрушечную паровую машину.
- Давай запустим ее, - предложил Карлсон.
- Без папы нельзя, - сказал Малыш. - Машину можно запускать только вместе с папой или Боссе.
- С папой, с Боссе или с Карлсоном, который живет на крыше. Лучший в мире специалист по паровым машинам - это Карлсон, который живет на крыше. Так и передай своему папе! - сказал Карлсон.
Он быстро схватил бутылку с денатуратом, которая стояла рядом с машиной, наполнил маленькую спиртовку и зажег фитиль.
Хотя Карлсон и был лучшим в мире специалистом по паровым машинам, денатурат он наливал весьма неуклюже и даже пролил его, так что на полке образовалось целое денатуратное озеро. Оно тут же загорелось, и на полированной поверхности заплясали веселые голубые язычки пламени. Малыш испуганно вскрикнул и отскочил.
- Спокойствие, только спокойствие! - сказал Карлсон и предостерегающе поднял свою пухлую ручку».

Знакомо? «Да не парься, все разрулится, относись к жизни проще, побольше позитива, не усложняй». А как не усложнять, например, если через два дня надо платить за аренду квартиры, а нарц уже который месяц не вносит в бюджет ни копья?

«Но Малыш не мог стоять спокойно, когда видел огонь. Он быстро схватил тряпку и прибил пламя. На полированной поверхности полки осталось несколько больших безобразных пятен».

Все как в жизни: нарцисс заваривает кашу, а мы ее расхлебываем. Хотя поначалу и верим в магию призыва «Спокойствие, только спокойствие», за что и получаем от жизни первую внушительную, но пока относительно безопасную, встряску...

«- Ну, Малыш, - сказал Карлсон, - вот это действительно «фут-фут-фут»! Вот это я понимаю! Лучший в мире спе…
Но закончить Карлсон не успел, потому что в этот момент раздался громкий взрыв и паровой машины не стало, а обломки ее разлетелись по всей комнате».

Нарцисс - разрушитель. Кстати, помните у Джерома К. Джерома знаменитого дядюшку Поджера, который хотел САМ повесить картину, но вовлек в действо весь дом, в результате чего половина домашних получила травмы, а другая половина «отделалась» оскорблениями?

Испортив вещь Малыша, подставив его перед родителями, Карлсон отмахивается от его переживаний. Разнылся, понимаешь, из-за фигни...

«Малыш стоял растерянный, с глазами, полными слез.
- Моя паровая машина… - всхлипывал он. - Моя паровая машина развалилась на куски!
- Пустяки, дело житейское! - И Карлсон беспечно махнул своей маленькой пухлой рукой. - Я тебе дам еще лучшую машину.
- Ты? - удивился Малыш.
- Конечно. У меня там, наверху, несколько тысяч паровых машин».

Карлсон напропалую врет и раздает обещания, которые не собирается выполнять. И... исчезает. И Малыш, у которого неплохая семья и хорошие друзья-ровесники, с первого же раза странным образом проникается к бесцеремонному визитеру и скучает по нему, сидя на окне.

«Вдруг Малыш почувствовал, что он очень соскучился по Карлсону - бодрому, веселому человечку, который так потешно махал своей маленькой рукой, приговаривая: «Неприятности - это пустяки, дело житейское, и расстраиваться тут нечего». «Неужели Карлсон больше никогда не прилетит?» - с тревогой подумал Малыш».


И, конечно, после классического пропадания без вести Карлсон прилетает. Во-первых, у Малыша есть чем поживиться: игрушки, еда. Во-вторых, сам Малыш чрезвычайно привлекателен в качестве «друга». Эмоциональный, отзывчивый, готовый к компромиссам... Такого легко приспособить под обслуживание себя, любимого.

« - Красивые картины, - сказал Карлсон наконец. - Необычайно красивые картины! Хотя, конечно, не такие красивые, как мои.
Малыш вскочил на ноги и стоял, не помня себя от восторга: так он был рад, что Карлсон вернулся.
- А у тебя там на крыше много картин? - спросил он.
- Несколько тысяч. Ведь я сам рисую в свободное время. Я рисую маленьких петухов и птиц и другие красивые вещи. Я лучший в мире рисовальщик петухов, - сказал Карлсон и, сделав изящный разворот, приземлился на пол рядом с Малышом.
- Что ты говоришь! - удивился Малыш. - А нельзя ли мне подняться с тобой на крышу? Мне так хочется увидеть твой дом, твои паровые машины и твои картины!…
- Конечно, можно, - ответил Карлсон, - само собой разумеется. Ты будешь дорогим гостем… как-нибудь в другой раз».

Так перед носом у Малыша вешается морковка, до которой он — при хорошем поведении, конечно! - якобы может дотянуться. Карлсон долго не выполняет своего обещания, разжигая в Малыше горячее желание посетить его жилище. Поэтому когда Карлсон действительно приглашает Малыша в свой домик, радости мальчика нет предела.
Но зачем же он его зовет? Попить чай с плюшками? Полюбоваться панорамой Стокгольма? Как бы не так. За этим приглашают в гости нормальные люди. Социопаты же всегда зовут «за надом». Карлсону, например, надо, чтобы кто-то вылизал его вкрай загаженную однушку.

«А Малыш все подметал и подметал. В самый разгар уборки Карлсон прервал свое пение и сказал:
- Ты можешь устроить себе небольшую переменку и сварить мне кофе.
- Сварить кофе? - переспросил Малыш.
- Да, пожалуйста, - подтвердил Карлсон. - Я не хочу тебя особенно утруждать. Тебе придется только развести огонь под таганком, принести воды и приготовить кофе. А уж пить его я буду сам.
Малыш печально посмотрел на пол, на котором почти не было видно следов его усилий:
- Может, ты сам займешься кофе, пока я буду подметать?
Карлсон тяжело вздохнул.
- Как это только можно быть таким ленивым, как ты? - спросил он. - Раз уж ты устраиваешь себе переменку, неужели так трудно сварить кофе?
- Нет, конечно, нетрудно, - ответил Малыш, - но дай мне сказать. Я думаю…
- Не дам, - перебил его Карлсон. - Не трать понапрасну слов! Лучше бы ты постарался хоть чем-то услужить человеку, который в поте лица пылесосил твои уши и вообще из кожи вон лез ради тебя».

Висхолдинг заметили? Манипулятор не желает выслушивать не только ли сетований жертвы, но даже пикнуть ей не дает.

Просьба о помощи встречает у Карлсона категоричный и даже глумливый отказ:


«- Понимаешь, у меня нет опыта, - начал Малыш смущенно, - не мог бы ты… Только огонь развести, а?
- И не заикайся, - отрезал Карлсон. - Вот если бы я был на ногах, тогда дело другое, тогда бы я тебе показал, как разводить огонь, но ведь я лежу, и ты не можешь требовать, чтобы я плясал вокруг тебя».

«Ты не можешь требовать...», «Избавь меня от этих разборок», «Я не обязан перед тобой отчитываться...» Очень знакомо, не правда ли?

Так Малыш начинает служить у Карлсона на посылках. Разгреб срач в домике «друга» — шей костюм привидения! Сшил костюм — иди стырь у мамы тефтельки. И не вздумай фордыбачить, а то Карлсон возьмет и не прилетит.

«Для пущей убедительности Карлсон добавил, что ему некогда шить, потому что он намерен срочно нарисовать картину.
- Всегда надо все бросать, если тебя посетило вдохновение, понимаешь, а меня оно сейчас посетило. «Ла, ла, ла», - поет что-то во мне, и я знаю, что это вдохновение.
Малыш не знал, что это за штука такая - вдохновение. Но Карлсон объяснил ему, что вдохновение охватывает всех художников, и тогда им хочется только рисовать, рисовать и рисовать, вместо того чтобы шить одежды для привидения.
И Малышу ничего не оставалось, как сесть на верстак, согнув спину и поджав ноги, словно заправский портной, и шить, в то время как Карлсон, забившись в угол, рисовал свою картину».

Ради того, чтобы удержать зыбкую симпатию Карлсона, Малыш начинает делать то, что никогда до этого не делал и то, что в его семье порицается. Примерно так себя ведем и мы, попав в оборот к нарциссу, особенно если остаемся с ним после Ледяного Душа. Нам хочется остановить «прекрасное мгновенье» первого безоблачного периода, и мы руками и ногами цепляемся за ускользающее счастье.

А нарцисс и рад стараться. Он закручивает гайки и выкатывает нам все новые и новые требования. Многие из них нам не по нутру, а то и противны, но мы наступаем своей песне на горло и перекрашиваемся, например, в блондинку, ибо нарц вдруг возлюбил Шарлиз Терон (хотя на прошлой неделе ему нравилась Дита фон Тиз). Мы отменяем встречу с подругой, потому что нарцу приспичило немедленно нас увидеть. Мы увольняемся с любимой работы, потому что ему нравятся «домашние» женщины. Мы изучаем прайс на липосакцию. В конце концов, мы начинаем таскать тефтельки у родителей! :)

«Но ведь Карлсон только что заявил, что обожает сочные вкусные мясные тефтели, - значит, надо во чтобы то ни стало угостить его тефтелями, а то он еще обидится на Малыша и больше не захочет с ним играть… Ах, как много теперь зависело от этих, вкусных мясных тефтелей!
- Подожди минутку, - сказал Малыш. - Я сбегаю на кухню за тефтелями.
Карлсон одобряюще кивнул головой».


Карлсон исчезает и появляется совершенно непредсказуемо. Малыш никогда не знает, вернется ли его друг или уже нет. Поэтому каждый его визит становится для него праздником, и он стремится все больше и больше угодить «другу».

И Карлсон со знанием дела выдерживает паузы, а, возвращаясь, каждый раз напускается на малыша с градом претензий. Так он все больше утверждает свое доминирующее положение в этой «дружбе», попутно взращивая в Малыше чувство вины и вынуждая его усиленно заслуживать высочайшего благоволения.

«- А где моя башня? Кто разрушил мою прекрасную башню и где моя тефтелька?
Малыш смутился.
- Я не думал, что ты вернешься, - сказал он.
- Ах, так! - закричал Карлсон. - Лучший в мире строитель воздвигает башню, и что же происходит? Кто ставит вокруг нее ограду? Кто следит за тем, чтобы она осталась стоять во веки веков? Никто! Совсем наоборот: башню ломают, уничтожают да к тому же еще и съедают чужую тефтельку!
Карлсон отошел в сторону, присел на низенькую скамеечку и надулся».

Но когда Малыш пробует защититься карлсоновскими же словами, что это, мол, пустяки и житейское дело, оказывается, что пустяки — это проблемы и переживания Малыша. А вот капризы Карлсона — это серьезнее не бывает.

«- Пустяки, - сказал Малыш, - дело житейское! - И он махнул рукой точно так же, как это делал Карлсон. - Есть из-за чего расстраиваться!…
- Тебе хорошо рассуждать! - сердито пробурчал Карлсон. - Сломать легче всего. Сломать и сказать, что это, мол, дело житейское и не из-за чего расстраиваться. А каково мне, строителю, который воздвиг башню вот этими бедными маленькими руками!
И Карлсон ткнул свои пухленькие ручки прямо в нос Малышу. Потом он снова сел на скамеечку и надулся пуще прежнего.
- Я просто вне себя, - проворчал он, - ну просто выхожу из себя!
Малыш совершенно растерялся. Он стоял, не зная, что предпринять. Молчание длилось долго. В конце концов Карлсон сказал грустным голосом:
- Если я получу какой-нибудь небольшой подарок, то, быть может, опять повеселею. Правда, ручаться я не могу, но, возможно, все же повеселею, если мне что-нибудь подарят…»

При этом Карлсон не довольствуется любым подарком. Нет, он роется в вещах Малыша и сам выбирает презент. Ну в точности наши «друзья», которые «видят сны» об Айфонах! (кажется, история «веселой вдовы» Арины)

Характерны и забавы Карлсона. Это непременно «курощения» и «низведения», то есть, хулиганские выходки, причиняющие людям страдания. То он вытряхивает мусор на голову прохожего...

«- А где же твой мусоропровод? - спросил Малыш, проглотив последний кусочек булки.
- Сейчас покажу, - сказал Карлсон. - Возьми помойное ведро и иди за мной.
Они вышли на крыльцо.
- Вот, - сказал Карлсон и указал на крыши.
- Как… что ты хочешь сказать? - растерялся Малыш.
- Сыпь прямо туда, - сказал Карлсон. - Вот тебе и лучший в мире мусоропровод.
- Ведь получится, что я кидаю мусор на улицу, - возразил Малыш. - А этого нельзя делать.
- Нельзя, говоришь? Сейчас увидишь. Беги за мной!
Схватив ведро, он помчался вниз по крутому скату крыши. Малыш испугался, подумав, что Карлсон не сумеет остановиться, когда добежит до края.
- Тормози! - крикнул Малыш. - Тормози!
И Карлсон затормозил. Но только когда очутился на самом-самом краю.
- Чего ты ждешь? - крикнул Карлсон Малышу. - Беги ко мне.
Малыш сел на крышу и осторожно пополз вниз.
- Лучший в мире мусоропровод!… Высота падения мусора двадцать метров, - сообщил Карлсон и быстро опрокинул ведро.
Ореховая скорлупа, вишневые косточки, скомканная бумага устремились по лучшему в мире «мусоропроводу» могучим потоком на улицу и угодили прямо на голову элегантному господину, который шел по тротуару и курил сигару».

...то подговаривает Малыша ворваться к комнату, где его сестра сумерничает с ухажером...

«- А теперь ты меня поцелуй, Бетан, - послышался робкий голос Пелле.
Ответа так и не последовало, потому что в этот момент вспыхнул яркий свет фонарика, который разогнал серые сумеречные тени и ударил Пелле в лицо. Пелле вскочил, Бетан вскрикнула. Ослепленные ярким светом, они не могли ничего увидеть, зато они услышали смех, дикий, восторженный смех, который доносился из-за занавеси.
- Это мой несносный маленький братишка, - объяснила Бетан. - Ну, сейчас я ему задам!
Малыш надрывался от хохота.
- Конечно, она тебя поцелует! - крикнул он - Почему бы ей тебя не поцеловать? Бетан всех целует, это уж точно».

Обратите внимание на подленький характер «забав». Сбрасывая мусор с крыши и запуская в гостиную Малыша с фонариком, сам Карлсон практически защищен от наказания. Он как бы и ни при чем.

Карлсон ненадежен и необязателен — так очень легко держать Малыша в состоянии неопределенности и запускать в нем механизм постоянной рефлексии, самоедства, самообвинения. Ждать ли Карлсона или можно пойти погулять с друзьями? А вдруг он прилетит именно сегодня и страшно разобидится на его отсутствие?

«Я прилечу за тобой приблизительно часа в три, или в четыре, или в пять, но ни в коем случае не раньше шести», - сказал ему Карлсон.
Малыш так толком и не понял, когда же, собственно, Карлсон намеревается прилететь, и переспросил его.
«Уж никак не позже семи, но едва ли раньше восьми… Ожидай меня примерно к девяти, после того как пробьют часы».

Кстати, с помощью этой подвешенности манипулятор, в числе прочего, достигает сфокусированности жертвы на нем. И Астрид Линдгрен нам это наглядно демонстрирует: после знакомства с Карлсоном прежние друзья Кристер и Гунилла теряют для Малыша былую ценность, и даже на родителей он начинает смотреть сквозь призму насмешек своего «друга» с пропеллером.

(Окончание в следующем посте)

  • 1
"Тень" Андерссена хочется даже процитировать.


"
- Войдите! - сказал он, но никто не вошел. Тогда он отворил дверь сам и увидел перед собой необыкновенно тощего человека, так что ему даже как-то чудно стало. Впрочем, одет тот был очень элегантно, по-господски. - С кем имею честь говорить? - спрашивает ученый.

- Я так и думал, что вы не узнаете меня, - сказал элегантный господин. - Я обрел телесность, обзавелся плотью и платьем. Вы, конечно, и не предполагали встретить меня когда-нибудь таким благоденствующим. Неужели вы все еще не узнаете свою бывшую тень? Да, пожалуй, вы думали, что я уже больше не вернусь. Мне очень повезло с тех пор, как я расстался с вами. Я во всех отношениях завоевал себе прочное положение в свете и могу откупиться от службы, когда пожелаю!

При этих словах он забренчал множеством дорогих брелоков, висевших на цепочке для часов, а потом начал играть толстой золотой цепью, которую носил на шее. Пальцы его так и сверкали бриллиантовыми перстнями! Драгоценности были настоящие, не поддельные.

- Я просто не могу прийти в себя от удивления! - сказал ученый. - Что все это означает?

- Да, явление не совсем обыкновенное, это правда, - сказала тень. - Но ведь и вы сами не относитесь к числу людей обыкновенных, а я, как вы знаете, с детства ходил по вашим стопам. Как только вы нашли, что я достаточно созрел, чтобы зажить самостоятельно, я и пошел своею дорогой, добился, как видите, полного благосостояния; да вот взгрустнулось что-то по вас, захотелось повидаться с вами, пока вы еще не умерли - должны же вы когда-нибудь умереть! - и, кстати, взглянуть еще разок на здешние края. Любовь к родине, понимаете ли, никогда нас не покидает. Я знаю, что у вас теперь новая тень. Скажите, не должен ли я что-нибудь ей или вам? Только скажите слово - и я заплачу.

- Так неужели это в самом деле ты? - воскликнул ученый. - Это в высшей степени замечательно! Вот уж никогда бы не поверил, что моя бывшая тень вернется ко мне, да еще человеком!

- Скажите же, не должен ли я вам? - вновь спросила тень. - Мне не хотелось бы быть у кого-нибудь в долгу!

- Что за разговор! - сказал ученый. - Какой там ДОЛГ! Ты вполне свободен! Я ужасно рад, что ты счастлив! Садись же, старина, и расскажи мне, как все это вышло и что ты увидел в доме напротив?

- Извольте, - сказала тень, усаживаясь. - Но обещайте мне не говорить никому здесь, в городе, где бы вы меня ни встретили, что я был когда-то вашей тенью. Я собираюсь жениться! Я в состоянии содержать семью, и даже неплохо!..

- Будь спокоен! - сказал ученый. - Никто не будет знать, кто ты, собственно, есть! Вот моя рука! Даю тебе слово! А ведь слово - человек...

- Слово - тень! - вставила тень, ведь иначе она и не могла сказать.

А ученому оставалось только удивляться, как много в ней было человеческого, начиная с самого платья: черная пара из тонкого сукна, лакированные ботинки, цилиндр, который мог складываться, так что оставались только донышко да поля; о брелоках, золотой цепи на шее и бриллиантовых перстнях мы уже говорили. Да, тень была одета превосходно, и это-то, собственно, и придавало ей вид настоящего человека.

(...)

- Как это все-таки странно! - сказал ученый. Шли дни и годы, и вот тень опять явилась к нему.

- Ну, как дела? - спросила она.

- Увы! - отвечал ученый. - Я пишу об истине, добре и красоте, а никому до этого и дела нет. Я просто в отчаянии, меня это так огорчает!

- А меня нет! - сказала тень. - Я все толстею, и именно к этому надо стремиться. Да, не умеете вы жить на свете. Еще заболеете, пожалуй. Вам надо путешествовать. Я как раз собираюсь летом в небольшое путешествие, поедете со мной? Мне нужен компаньон, так не поедете ли вы в качестве моей тени? Право, ваше общество доставило бы мне большое удовольствие. Все издержки беру на себя!

- Ну, это уж слишком! - сказал ученый.

- Да ведь как взглянуть на дело! - сказала тень. - Поездка принесла бы вам большую пользу! Стоит вам согласиться быть моей тенью - и вы поедете на всем готовом.

- Вы сумасшедший! - сказал ученый.

- Но ведь таков мир, - сказала тень. - Таким он и останется!
"

Потрясающе вы проанализировали мультфильмы. Почти готовая статья :)

Это Вы меня вдохновляете:)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account