Перверзные нарциссисты, психопаты (tanja_tank) wrote,
Перверзные нарциссисты, психопаты
tanja_tank

Category:

Закрытый счет виконта и маркизы. Окончание

...Один из самых популярных вопросов от читателей: «Мы расстались, сейчас он с другой и, судя по фоткам на Фэйсбуке, они счастливы, и он ее любит. Почему со мной он был плохой, а с ней хороший?» На эту тему будет отдельный пост, а пока я хочу обратить ваше внимание на то, что хищник общается деструктивно со всеми. Он или тиран, или жертва.

Вот и маркиза с виконтом используют друг на друге все хищнические тактики. Это и ввод третьих-четвертых-пятых участников — наши герои в подробностях расписывают друг другу все, что они проделывают с действующими жертвами.

Это и подобия бойкотов, когда на несколько дней маркиза объявляет себя крайне занятой и не пишет Вальмону, или когда отказывается принимать его в Париже, демонстративно уединившись с Дансени.



Может показаться, что маркиза более сильный кукловод и имеет больше власти над виконтом, чем он над ней. Но не стоит заблуждаться тем, что якобы Вальмон служит у нее на посылках. Услугами, оказанными маркизе, он стремится добиться власти над ней. И когда он выполняет все условия сделки, маркиза ощущает, что вознаградить виконта она не хочет и не может. Это означает перейти в нижнюю позицию.

«Поговорим по-дружески, и я надеюсь убедить вас, что тот сговор между нами,
которого вы, видимо, так желаете, был бы чистейшим безумием и для вас и для
меня. Неужели вы еще не уразумели, что наслаждения, действительно
являющегося единственным толчком для соединения двух полов, все же
недостаточно для того, чтобы между ними возникала связь, и что если ему
предшествует сближающее их желание, то после него наступает отталкивающее их
друг от друга пресыщение? Таков закон природы, и нарушать его властна только
любовь.


А разве любовь приходит по заказу? Но ведь нужна-то она всегда. И
это было бы до крайности неудобно, если бы люди не сообразили, что, к
счастью, достаточно, когда любовь есть у одной из сторон. Трудность таким
образом уменьшилась наполовину, и притом почти ничего не было утеряно:
действительно - один счастлив тем, что любит, другой тем, что его любят,
хотя, правда, счастье это не так велико, но зато ему сопутствует
удовольствие измены; выгоды уравновешены, и все устраивается
.


Но скажите мне, виконт, кто из нас двоих возьмет на себя труд изменять
другому? Помните рассказ о двух мошенниках, которые поймали друг друга во
время игры. "Ничего у нас не получится, - сказали они, - заплатим за карты
пополам". И они бросили игру. Поверьте мне, последуем их благоразумному
примеру и не станем терять совместно времени, которое с таким успехом можем
провести каждый в отдельности
».

Таким образом, миф об их взаимной любви маркиза вольно или невольно развенчивает. По ее словам, выходит, что один из них должен любить (то есть, быть жертвой, донором), а другой — принимать любовь. То, что возможен равноценный обмен чувствами — в ее голове, видимо, не укладывается. Становиться в донорскую позицию она не может и не хочет, и догадывается, что Вальмон также не станет дающей стороной. Все верно, тупик.

Но, сказав все это, маркиза не произносит «нет». Наоборот, она обнадеживает виконта, в который раз вздыхая об утраченном счастье. Надо же как-то поддерживать нарциссический гарем. Ведь если периодически не обнадеживать, не дергать за леску, то все разбегутся.

«А знаете ли, я иногда жалею, что мы вынуждены прибегать к таким
средствам. В дни, когда мы любили друг друга, - ибо я думаю, что то была
любовь, - я была счастлива... а вы, виконт?
Но зачем думать о счастье,
которому нет возврата? Нет, что бы там ни говорили, возврат невозможен.
Прежде всего, я потребовала бы жертв, которых вы, наверно, не смогли бы или
не захотели принести и которых я, возможно, вовсе и не достойна. А затем -
как вас удержать? О нет, нет, я и думать об этом не хочу»
.

Но Вальмон настаивает на выполнении договоренности, уверяя, что нет таких жертв, которые он не смог бы принести ради маркизы. Тут-то на сцену и появляется письмо с рефреном «Не моя в том вина».

Но не стоит думать, что Вальмон порвал с президентшей потому, что маркиза для него значила больше. Отказаться от ее паса означало бы нарваться на ее обесценивание - «Все с тобой ясно, какой ты губитель репутаций. Эх ты, не мужчина, а облако в штанах!»

Снести подобное Вальмону было бы тяжело. Впереди ощутимо замаячил приступ нарциссического стыда. Но, выполнив приказ маркизы, виконт оказался в патовой ситуации. Да, он доказал, что не «слабак». Но вместе с тем он доказал и другое: то, что маркиза имеет над ним очень сильную власть. То есть, ее место в иерархии этого тандема стало ощутимо выше, чем у Вальмона.

И он это понимал. Поэтому принялся энергично восстанавливать невольно утерянную позицию — требованием свидания. Но маркиза не поспешила выполнить некогда данное обещание.

«Это правда, виконт, вы бросили президентшу? Вы послали ей письмо,
которое я вам для нее сочинила? Право же, вы очаровательны и превзошли все
мои ожидания! Чистосердечно признаю, что эта победа льстит мне больше всех,
которые я когда-либо одерживала. Вы, может быть, найдете, что я очень уж
высоко ценю эту женщину, которую прежде так недооценивала? Нисколько. Ведь
победу-то я одержала вовсе не над ней, а над вами. Вот что забавно и
поистине восхитительно.

(...)
Меня восхищает, как тонко или,наоборот, как неловко предлагаете вы мне потихоньку-полегоньку разрешить вам возобновить связь с президентшей. Как было бы удобно, не правда ли, сохранить за собой заслугу разрыва, не теряя всех радостей обладания? И так как эта кажущаяся жертва уже ничего бы вам не стоила, вы предлагаете принести ее вторично, как только я потребую! Такая сделка позволяла бы божественной святоше по-прежнему считать себя единственной избранницей вашего сердца, а мне - гордиться тем, что я счастливая соперница: обе мы были бы обмануты, но зато вы - довольны, а что вам до всего остального?”

Маркиза мало того, что отказывает Вальмону в обещанном свидании, но и «берет паузу», демонстративно пренебрегая им. Не скрывая, что увлечена Дансени. Обесценивание + бойкот + предъявление «соперника». Она ведет с ним себя уже не как с условно равным, а как с жертвой. И Вальмон перестает сдерживать свою ярость:

«Вы в Париже уже четыре дня, и каждый день вы виделись с Дансени и
принимали только его одного. И сегодня доступ к вам тоже был закрыт. А ведь вы мне писали, чтобы я не сомневался, что первым буду знать о вашем приезде, том самом приезде, о точном дне которого вы еще не могли меня известить, хотя писали накануне своего отъезда.

Станете ли вы отрицать эти факты или попытаетесь найти себе оправдание? И то, и другое в равной степени невозможно, а тем не менее я еще сдерживаюсь! Можете признать в этом
свою власть, но послушайтесь моего совета - удовлетворитесь тем, что
испытали ее, и больше ею не злоупотребляйте. Мы хорошо знаем друг друга,
маркиза. Этих слов вам должно быть достаточно»
.

Дабы усилить давление, Вальмон предпринимает легкие попытки запугивания, туманно намекая, что отомстит:

«Жду вашего ответа. И когда вы будете писать его, подумайте, хорошенько подумайте, что чем легче для вас заставить меня забыть нанесенную вами мне обиду, тем неизгладимее запечатлеет ее в моем сердце отказ или даже простая отсрочка».

Маркиза отвечает почти ернически, в то же время пытается прикинуться менее защищенной, манипулятивно как бы апеллируя к благородству Вальмона:

«Будьте осторожны, виконт, и щадите мою крайнюю робость! Могу ли я
перенести гнетущую мысль, что заслужила ваш гнев, а главное, не сразит ли
меня окончательно страх перед вашим мщением? Тем более, что - вам это
отлично известно, - если вы учините мне какую-нибудь каверзу, я не буду
иметь никакой возможности ответить вам тем же. Сколько бы и что бы я ни
оглашала, вы сможете по-прежнему вести ту же безмятежную блестящую жизнь. И
правда, ну чего вам страшиться? Оказаться вынужденным бежать, если у вас на
то будет время? Но разве за границей нельзя жить не хуже, чем здесь! И во
всяком случае, если французский двор не станет тревожить вас при том дворе,
где вы устроитесь, для вас это будет лишь переменой места ваших побед»
.

Маркиза прекрасно понимает, что не любовь и даже не желание заставляет Вальмона упорствовать в своем требовании. А именно стремление занять верхнюю позицию в их тандеме:

«Вам не столько нужна моя благосклонность, сколько вы хотели бы злоупотребить своей
властью
».

Уступать с таким трудом вырванное преимущество не в интересах маркизы, поэтому Вальмон вновь получает отказ. Он ярится:

«Мне небезызвестно, что вы никогда не любили говорить
"да" или "нет". Но и вы должны понимать, что я не могу выпустить вас из
этого тесного кольца, не рискуя быть обманутым, и должны были также
предвидеть, что я этого не потерплю».


Вальмон требует, чтобы маркиза четко сказала «да» или «нет» и в случае отрицательного ответа угрожает войной. И получает от маркизы всего два слова: «Что ж, значит, война».

Вальмон безотлагательно переходит к военным действиям. Так, он срывает свидание маркизы и Дансени, организуя ему встречу с любимой им Сесилью. Мало того, чтобы сильнее уязвить маркизу, он убеждает Дансени не предупреждать ее о неявке, а оправдаться задним числом:

«Я полагаю, что было бы осторожнее не предупреждать заранее о том, что вы не явитесь на свидание. Пусть вас ждут: если вы рискнете дать какое-то объяснение, его, быть может, пожелают проверить. Женщины любопытны и упрямы. Все может раскрыться».

Дансени внимает советам опытного старшего «товарища», а Вальмон отправляет маркизе издевательское письмо, насмехаясь и обесценивая ее:

«Ну, как находите вы, маркиза, утехи истекшей ночи? Не ощущаете ли
некоторого утомления? Согласитесь, что Дансени очарователен! Мальчик просто
чудеса творит! Этого вы от него не ожидали, не правда ли? Ну, мне приходится
отдать ему должное: такой соперник заслуживал того, чтобы ради него
пожертвовали мною. Я не шучу, он полон превосходнейших качеств! В
особенности же - сколько любви, постоянства, деликатности! Ах, если он
полюбит вас когда-нибудь так, как любит свою Сесиль
, можете не опасаться
соперниц: нынче ночью он вам это доказал. Возможно, что, прибегнув к
кокетству, какая-нибудь женщина и изловчится на миг похитить его у вас:
молодые люди не способны сопротивляться, когда их умело соблазняют. Но, как
вы можете убедиться, одного слова любимого существа достаточно, чтобы
рассеять обман чувств. Таким образом, для полноты счастья вам не хватает
только одного - быть этим существом»
.

Разумеется, маркиза не остается в долгу и тут же натравливает на него Дансени, показав ему письмо Вальмона. В этот же вечер виконт получает вызов на дуэль.

В комментариях к предыдущим постам про Вальмона прозвучали версии, что он намеренно подставлялся под шпагу Дансени, ища смерти. Причина — невыносимая тоска по утерянной любви президентши. И в фильме Фрирза, действительно, проводится такая идея. Во-первых, Вальмон предусмотрительно приносит с собой переписку, компрометирующую маркизу — стало быть, действительно готов к смерти, но не намерен уйти неотомщенным.

Во-вторых, во время поединка перед глазами Вальмона всплывает лицо мадам де Турвель. А умирая, он просит Дансени передать ей, что ее любовь была лучшим, что он видел в этой жизни. Из чего многие и выносят вердикт: да, виновен, но да, любил.

Между тем, в романе Вальмон ничего подобного Дансени не говорит и писем с собой на дуэль не приносит. Он не собирается умирать. И лишь поняв, что смертельно ранен, свершает свою последнюю и глобальную месть маркизе — передает письма Дансени с тем, чтобы он их обнародовал. А как мы помним из Вакнина, «ничто не дезинфицирует агрессию лучше, чем дневной свет». Предание «художеств» агрессора гласности — вот чего он действительно боится.

Поэтому истерика и ярость маркизы, показанные в фильме Фрирза — это не реакция на потерю любимого человека, а ярость из-за того, что Вальмон ее обыграл. И обыграл не потому, что реально сильнее ее. Просто так получилось, «повезло». И самое убийственное для маркизы, что реванш ей уже не взять никогда...

...Меж тем, Дансени пишет тетушке Вальмона, что видел в архиве покойного внушительную стопку писем под названием "Открытый счет маркизы де Мертей и виконта де Вальмона". Как видим, отношения с маркизой Вальмон изначально расценивал как поединок, и их трели про взаимную любовь были попыткой манипулировать друг другом.

(В завершающем посте своей "эпопеи" я разберу личность маркизы и докажу, что она действительно социопатка, а не жертва абьюза, перенявшая хищническое поведение, дабы выжить в этом жестоком к женщине мире)

Tags: грандиозность, грандиозный нарцисс, деструктивный сценарий, дружба с нарциссом, жертва, игра в любовь, литературные герои, ложное я, месть, мужчина-манипулятор, нарциссическая зависть, нарциссический ресурс, нарциссический стыд, обесценивание, параллельные жертвы, пробы пера, промискуитет, психопат, роковая женщина, сексуальная порочность, социопат
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 68 comments