Перверзные нарциссисты, психопаты (tanja_tank) wrote,
Перверзные нарциссисты, психопаты
tanja_tank

Categories:

"Девушка с косичками" Юля

Открываю новый год обстоятельной исповедью Олега, у которого жизнь пошла наперекосяк после знакомства с очаровательной Юлей. Крах научной карьеры, судимость за… изнасилование, разрушенные отношения с близкими - такую цену он заплатил за Большое Взаимное Чувство, вспыхнувшее между ним, молодым преподавателем вуза и хорошенькой выпускницей.

Инициативная и романтичная

«Всё началось ещё в девяностые. С Юлей мы познакомились на банкете по случаю выпуска её курса. Я и раньше на лекциях замечал эту симпатичную, «фирмово» одетую девушку, ловил её улыбку, обращённый на меня взгляд. Но познакомились мы именно на том мероприятии.

Она первая подошла ко мне и заговорила о своём возможном переходе в аспирантуру. Я стал интересоваться темой её кандидатской, она же, не углубляясь, очень многозначительно сказала, что видит своим научным руководителем именно меня. Далее мы много пили шампанского, шутили, танцевали и более не возвращались к учёбе. Так начался наш роман.

Юля была романтичной, мечтательной, много цитировала стихов. Я даже удивлялся, зачем ей научная степень по технической специальности, тут впору в литинститут поступать! А ещё она совершенно очаровала меня своей игрой на фортепиано. Поглощённые, как мне тогда казалось, взаимным сильным чувством, мы напрочь забыли об аспирантуре и её кандидатской, да и как она призналась потом, это было для неё поводом познакомиться с любимым преподом поближе. Я был польщён: я смог настолько понравиться девушке, что она сама проявила инициативу! Что ж, теперь моя очередь...

Я стал ухаживать за Юлей, спустя месяц познакомил её с мамой и сестрёнкой, их она тоже очаровала. В гости к нам Юля пришла скромно одетая и ... с косичками. Как она объяснила, это чтоб не пугать степенную женщину в летах молодёжной модой! Мне это показалось забавной женской штучкой, не более.

А ещё Юля принесла торт, который сама испекла. Когда я проводил её, мама долго умилялась и мечтательно уже называла Юлю своей невесткой. И я подумал: почему нет, у нас же всё хорошо, мы любим и прекрасно понимаем друг друга! Вскоре я сделал ей предложение.

«Я не какая-то деревенская раскоряка»

Жили мы первое время с сестрой и мамой. Вчетвером в смежной двушке ужиться довольно сложно, но мама с сестрой уступили нам дальнюю маленькую комнатку, старались нам не мешать, часто оставляли нас одних. Первое время Юля готовила много вкусного, чем покорила маму. Так она на всю жизнь осталась в её памяти скромницей-хозяюшкой с толстыми косичками.

Я ходил на работу, Юля устроилась в вуз лаборанткой - «чтобы чаще быть рядом с тобой». Какое-то время жизнь текла счастливо, спокойно и по-людски. Тогда я ещё занимался научной работой, но, надо признаться, меня несколько угнетало отсутствие личного пространства.

Однажды матушка вызвала нас с Юлей на разговор. Она сказала, что понимает, что молодым нужно уединение и личное пространство. Дело в том, что моя бабушка живёт в половине домика в частном секторе, с возрастом одной ей стало тяжело себя обслуживать, а потому нам было предложено занять её жильё, а она бы переехала к сестре и маме.

Юля расцеловала маму со слезами на глазах, много эмоционально её благодарила, а вечером... устроила мне бойкот. Последующие несколько дней она общалась со мной только при сестре и маме, а вечером и на работе холодно молчала.

Спустя несколько дней мне удалось её разговорить. Наш разговор начался со слов: «Неужели ты сам не понимаешь, я не какая-то там деревенская раскоряка». Оказалось, её расстроила перспектива жизни в частном секторе. Меня это несколько удивило: несколько комнат в нашем распоряжении, удобства в доме, садик с яблоньками, тишина. У нас город так устроен, что улицы с частными домиками есть даже в центре. Бабулин дом находился не намного дальше от работы и от центра, чем квартира матушки, поэтому я не видел никакой проблемы в том, чтобы переехать туда и не тесниться в квартире. Но Юля упрямилась.

В итоге ситуация повернулась так, что в бабулину квартиру переехали матушка с сестрой. Сестре даже пришлось сменить школу. Мы же остались в двушке одни. Вроде бы всё хорошо, правда? Лишь много позже, когда у меня стали возникать к супруге претензии, я разузнал, что, оказывается, она в моё отсутствие говорила с матушкой. Что, плача и извиняясь, она поведала ей, что «Олежек никуда не хочет ехать, его очень выматывает общественный транспорт, он не хочет жить в деревенском доме, да и тут ему лучше работается», а так бы она, «давно влюблённая в бабушкин сад», собрала бы вещи хоть завтра. Такая «забота» обо мне покорила матушку, и она приняла решение. Что за дурень я был тогда, ведь мама даже выписалась оттуда, ну а её, как мою законную жену, прописали. Мне тогда это всё казалось естественным.

Тем более, Юля ждала ребёнка. Да и глупо это как-то: выбрать себе родного человека и сидеть и ждать подвоха.

Иди-ка ты… в бизнес

Родилась дочка. Юля стала обижаться гораздо чаще, бывало, по неделе молчала. Когда дочке был годик, после ссоры (я и не сразу понял, из-за чего она началась) Юля раскидала вещи, потом стала одеваться как на выход, дочка плакала, а она явно собиралась уходить. «Всё, ша. Хочу жить по-людски, - заявила она. - И ради этого пойду на что угодно, даже торговать собой буду, если надо!»

Я ужаснулся, стал её расспрашивать, взывать к материнским чувствам. В ответ Юля разразилась длинным монологом в стиле: «Пока ты сидишь в четырёх стенах, зарывшись носом в книжку, сосед Валерка дачу строит, недавно машину купил, а Ленка, ну, одноклассница моя, третью шубу сменила». Как оказалось, таким образом Юля подводила меня к идее оставить преподавательскую деятельность и заняться бизнесом.

Я всерьёз задумался. Зарплата у меня была, честно признаться, кот наплакал, да и та с задержками. Но жили мы терпимо, если с другими сравнивать. Она говорит «голодали», но не голодали, нет. А вот роскоши действительно не было. Не до шуб и цацек было. Да и не думал как-то, что оно прям так нужно.

А тут она призналась, что нужно. Что она «молодая девушка, а гниёт в четырёх стенах в рваном халате, света белого не видит, за границей не была». В выходные мы часто бывали на природе, у меня есть друг-краевед, он организовывал нам и ещё паре знакомых замечательные экскурсии по усадьбам и местным достопримечательностям, а Юля, вроде бы так всем этим восторгавшаяся, назвала это «покатушками в пердяевки на вонючем драндулете». А мне казалось, мы живём насыщенной культурной жизнью...

Дочке было почти два годика, когда мы оставили институт и стали мотаться в Турцию за тряпками, а потом торговать на рынке. Надо признаться, моя хрупкая Юля, оставляя дочь с матушкой и сестрой, очень споро взялась за это. Наши финансовые дела пошли в гору. Тогда многие так жили: учителя, преподаватели, научные работники оставляли то, чему учились, и шли продавать.

Именно в тот период Юля стала стремиться в ночные заведения. Причём не со мной, а с подругами. А потом устроилась в одно сомнительное место играть на фортепиано. Сказала, что хозяин пригласил её лично. Домой её привозили за полночь, она шла на кухню, зажигала сигарету, варила кофе и, потягивая его, живописала мне, как к ней клеился какой-то бандит, а другой бандит, плакавший от её исполнения «Лунной сонаты», грозил урыть его, если он Юльку пальцем тронет.

Я, естественно, неоднократно пытался поговорить с ней про её образ жизни, но всё заканчивалось скандалом и обвинением меня в «загубленной жизни», что она, «если бы не была такой дурой»,  жила б сейчас «как сыр в масле». Меня и мою семью она называла «сраными интеллихентами» и даже «социальными импотентами», которые «своей бесхребетностью отравляют жизнь, её вкус».

Знакомство в качалке

Честно признаться, меня тогда очень задели все эти байки про настоящих мужчин с пистолетами, и я пошёл в качалку. Сначала дома занимался, а потом всё же решился наведаться в один подвальчик, тогда не было фитнес-клубов, были суровые подвальчики. Там надо мной взял шефство один парень, а потом мы стали друзьями, и я ему многое о себе рассказал. Он сказал, что если хочу бабок, нужно идти в охрану, сам он, «более серьёзными вещами» занимается, но мне лучше не впутываться. Он научил меня обращению с оружием, а потом по дружбе устроил «бодигардом» в тот самый клуб, где время от времени за роялем появлялась Юля.

Зная что я мотаюсь в Турцию, мне, как своему человеку, предложили одну сделку. Сейчас, возможно, тех ребят и в живых нет, но я всё равно не хотел бы вдаваться в детали. Да и не давили они. Говорили: оцени свои силы, сможешь? Давила и Юля. «Все сейчас так живут», — говорила она. Всё прошло гладко. Речь идёт не об убийстве. Просто нужно было кое-что вывезти. А как — научили.

Было ещё несколько сомнительных вещей. Однажды мне пришлось воспользоваться оружием, но я никого не убил. Вообще, затянуло меня тогда неслабо. Я словно нашёл у ребят у этих поддержку, ведь на тот момент у Юли был любовник, дальнобойщик какой-то, привозивший ей шмотки. Как она сама это комментировала: «Верь им больше. Они тебе завидуют, что у тебя жена красивая. И верная. Сами живут с продажными кикиморами, по ним и судят».

Вообще, мне сложно описать чувство, которое тебя охватывает, когда близкий человек отрицает очевидные вещи. Нельзя даже сказать, что тебя держат за лоха, поговорить обо всём начистоту и расстаться тоже не получается: я её любил, она утверждала, что тоже, плакала, кидалась на шею, злилась, что я такой ревнивец. Дочка росла при моей маме, я старался уделять ей столько времени, сколько мог.

Для матушки мы оставались приличной молодой семьёй, открывшей своё дело. А на задворках нашей жизни происходило всякое. Ну, к примеру, я того дальнобойщика чуть не убил. Ждал вечером Юлю, на пейджер ей сообщения слал, катался до клуба. Там её не было.

Потом пришёл домой, а она там с размазанной косметикой и водкой. Говорит, тот дальнобойщик, что её «преследует и дарит ей подарочки» как раз приехал из рейса и пытался её изнасиловать. Иди, грит, убей эту гадину, «он меня в баре ждёт». Помнится, поехали мы с товарищем, взяли его за шкирку, бросили в машину и повезли в заброшенную котельную. Там мы мяли ему бока, товарищ-то (тот, что из качалки) думал, я его хочу убить за то, что с моей женой спит, всё за дело. Но я, видно, что-то говорил такое, из чего он понял, что меня одурачили. А может, «мокрухи» не хотел лишней.

В какой-то момент он меня взял за плечи и говорит: «Так, Олег, всё, поехали выпьем лучше». И отвёз меня домой к себе. Ночь стояла летняя, мы сидели на веранде, пили виски, разговоры говорили. Он советовал в науку возвращаться и плевать на всё с высокой колокольни. Настоящий друг. Дальнобойщик попал в больницу, переломы, сотрясение, мы ему через третьих лиц деньжат подкинули. Выжил. Быстро снова сел за руль.

«Устала трахаться с жадными мужиками»

Я переживал из-за того, что забросил свои научные изыскания, из-за того, что жил как бы двойной жизнью, стал выпивать, хотя раньше за мной этого не водилось, из охраны ушёл, а с торговлей как-то плохо пошло. Одна радость, сын родился, потому я всё-таки думал, что надо вставать на ноги и дальше выживать.

Тогда Юля подкинула идею поехать за границу, в одну страну из бывшего соцлагеря. Дочка осталась здесь, потому что уже пошла в школу, да и у бабушки ей жилось вполне хорошо, а мы, с годовалым сыном на руках, уехали.

Чем мы там занимались? Нашли русских, которые, точно так же, как мы, мотались в Турцию и торговали на рынке. Сняли жильё у пожилой пары. Страна мне понравилась. Люди приветливые. Тепло, фрукты, овощи, климат.

У Юли там появились подружки. Часто она уходила с ними вечером в бары. Деньги были, мы могли бы куда-то вместе съездить, взяв несколько выходных, посмотреть культурные достопримечательности, старину, которой там очень много. Я уже спланировал очень спокойную поездку, в которую можно было отправиться даже с ребёнком. Я кое-что отложил на поездку, но пока я был на рынке, она добралась до денег, накупила себе и какой-то подружке одежды и пошла по барам. А вернулась только утром. С видом, как ни в чём ни бывало. Я же провёл ночь без сна, пытаясь вместе с пожилой хозяйкой успокоить сына.

Состоялся разговор. Юля призналась, что давно не любит меня, и что живёт со мной от безысходности, что сюда она приехала «не ишачить, как дура деревенская», а в поисках состоятельного жениха. Что как только она его найдёт, она меня бросит, что она со своей внешностью не будет прозябать в обществе «ленивого бездельника», ибо «достойна большего». Я не знал, как на это реагировать и предложил ей разъехаться, раз всё так плохо. Обещал помогать с сыном и финансово. Юля на радостях объяснила, что не надо разъезжаться, можно жить в одной квартире, ведь так, во-первых, дешевле, во-вторых, мне будет так проще помогать ей с сыном.

Я превратился в Юлину подружку. Заспанная и с перегарным душком, она рассказывала мне о своих похождениях, жаловалась, что «и этот оказался женатым жлобом, которому бы только потрахаться», я сочувственно ей кивал, укачивая на руках сынишку и настоятельно просил её не курить в помещении, где находится ребёнок.

Потом она съехала на год. Потом вернулась. Мужчина, по её словами, бил её, к тому же, его раздражал маленький ребёнок, одной бы ей, говорила она, было бы устроиться гораздо легче, а «с прицепом» она никому не нужна. Помню жуткий скандал, который она закатила однажды. Сынишка тогда уже ходил, и я дал ему персик, он обгрыз его и обслюнявил, а потом понёс валявшейся на диване с журналом маме и брякнул его ей в подол халата. Она взвизгнула, а он засмеялся. Тогда Юля схватила персик и шмякнула им прямо в стену. Я ещё подумал: «Вот и устроят же нам хозяева, мало того, что всё прокурили, так ещё и обои испортили».

Затем Юля перевернула столик с разбросанной на нём косметикой, побежала к вешалке и всё оттуда сорвала и кинула на пол. Она кричала, что устала ходить в обносках, устала жить в стране идиотов, устала трахаться с жадными мужчинами, устала терпеть этого невыносимого ребёнка, устала «так» жить. Сынишка плакал, а она кричала, что сдаст его в детдом. Я кое-как её успокоил и сказал, что она может сдать его не в детдом, а мне. И уходить на все четыре стороны.

Что она и сделала, но ненадолго. Через месяц вернулась, забрала сына и переехала к какому-то мужику, старше её лет на двадцать. Мне запретила видеться с сыном. Я узнал, где они живут и, как мне показалось, у них всё хорошо. Я видел даже, как они втроём гуляют по парку, или как садятся в машину, мужик тот ведёт сына за руку, и сынишка смеётся. От знакомых узнавал, что у неё всё неплохо. Что она так психовала, потому что устала от меня, «русского бездельника», а теперь она зажила.

Мне было больно это слышать. Я ведь любил её, любил наших детей. Я не мог вырвать из сердца все хорошие воспоминания разом. Мы ездили в Россию, чтобы развестись, она собиралась выходить за своего сожителя замуж, говорила, что сын лепечет на языке той страны, как на родном.

Для моей матушки мой развод стал ударом, её положили в больницу, и я остался с ней, с сестрой, с дочкой, Юля же вернулась к своему иностранному мужу. Ещё несколько лет я поработал в той стране, но там постепенно стали ухудшаться условия жизни для иностранцев, было много политических неразберих, тарифы на свет-воду сильно возросли. Но я стал почти родным человеком для той пожилой пары, что сдавала нам нижний этаж своего домика, помогал им с ремонтом, с консервацией. Они даже были готовы помочь мне с видом на жительство и практически меня у себя прописать!

В это время мне стали приходить грустные письма от матушки. Она жаловалась, что ей сложно сладить с внучкой, она её не слушается. Я вернулся на Родину. У дочери действительно был характер не из лёгких, в период моего «бандитско-торгашеского» житья-бытья она привыкла быть в школе той, у кого всё есть, той, кому принято завидовать. Да и я, чувствуя свою вину, старался подкидывать ей деньжат. В общем, ребёнку нужны были родители... Хотя бы один родитель.

В родном городе я нашёл того своего товарища из качалки, который помог мне устроиться в охрану, а потом уберёг от греха убийства. И мы с ним занялись бизнесом. Сняли помещение, открыли рекламное агентство, типографию. Девушки в моей жизни появлялись и пропадали, не было настроения для серьёзных отношений. Было ощущение горечи и незавершённости от того, что произошло у нас с Юлей.

(Окончание в следующем посте)
Tags: бойкот, истории читателей, ледяной душ, обесценивание, обольщение, пробы пера, роковая женщина
Subscribe

  • "Межгалактический альфа-самец" Вениамин

    ...Виртуальный знакомец Вениамин предложил читательнице брак после нескольких месяцев общения, еще ни разу не видав ее. Лишь спустя время вскрылось,…

  • "Не пил, не бил, не изменял. Но..."

    В этой истории меня поразила особая форма наказания, граничащая с неглектом, которую практиковал мужчина. И насколько сильно он проломил границы…

  • "Монстр" (Разбор канадского сериала)

    Постоянная читательница Анастасия посмотрела канадский сериал «Монстр» и подготовила для нас разбор. "Совершено случайно в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 55 comments

  • "Межгалактический альфа-самец" Вениамин

    ...Виртуальный знакомец Вениамин предложил читательнице брак после нескольких месяцев общения, еще ни разу не видав ее. Лишь спустя время вскрылось,…

  • "Не пил, не бил, не изменял. Но..."

    В этой истории меня поразила особая форма наказания, граничащая с неглектом, которую практиковал мужчина. И насколько сильно он проломил границы…

  • "Монстр" (Разбор канадского сериала)

    Постоянная читательница Анастасия посмотрела канадский сериал «Монстр» и подготовила для нас разбор. "Совершено случайно в…