Перверзные нарциссисты, психопаты (tanja_tank) wrote,
Перверзные нарциссисты, психопаты
tanja_tank

Category:

«Аццкий аспадин» Наргизы

После успеха «Пятидесяти оттенков серого» в Тему, то есть, в BDSM, ринулись толпы неофиток. И это таит в себе немалую опасность, ведь в Теме свои темные инстинкты реализует немало хищников. Которым глубоко фиолетово на «трушность» и БДР-ность — основополагающий принцип безопасности, добровольности, разумности. Такие "тематеги" могут нанести тяжкий вред вашему здоровью.

Опытный тематик Инна столкнулась с жертвой такого «аццкого аспадина» и сочла своим долгом предупредить нас об опасности. Текст строго для тех, кто старше 18 лет.


«Мы с мужем тематики с 20-летним стажем. Есть у нас одна фишка - любим мы вдвоем выпороть хорошую девушку, предварительно связав. И вот на БДСМ-портале нашего города появилась новенькая, она позиционировала себя как саба (любит подчинение), нас же интересовали мазы (любят боль), но при виртуальном общении выяснилось, что она против боли ничего не имеет. Отличненько. Мы назначили ей встречу.

Жгучая тайна

На встречу пришла восточная девушка, по брови закутанная в хиджаб. Представилась Наргиз. Мы провели прекрасную сессию и потом встречались еще два или три раза. Это устраивало обе стороны: качественная Тема, приятное общение, без выноса мозга и попыток залезть в душу. Я лишь заметила, что на вопросы о прошлом опыте и причинах, по которым она оказалась почти за 4 тысячи км от дома, в суровой Сибири, Наргиз отвечает неохотно, расплывчато и сжимает кулаки так, что ногти врезаются в ладонь. Ну, я и перестала спрашивать.

Через некоторое время после того, как наши встречи сошли на нет, я встретила Наргиз в гипермаркете. Шатаясь, она держалась за рекламную стойку, по щекам стекали то ли слезы, то ли пот, хиджаб сбился набок, а в глазах читалось отчаяние.

- Наргиз, тебе плохо? Что с тобой? Давай я тебя провожу, куда скажешь.
- Инна… Инна… Мне показалось, что ОН – там, по магазину ходит. Инна, если это ОН, то когда он подойдет, вы скажите, скажите, пожалуйста, скажите, что это не я! Скажете, Инна? Пожалуйста!

Я тащила ее за руку в кофейню – там, по меньшей мере, можно сесть, и бормотала какую-то успокоительную чушь:

- Конечно, я скажу. Вот ОН подойдет и скажет, это я… то есть это ты… а я скажу, что я не я и что ты не ты… Так и скажу: она не она. Пойдем, посидишь, успокоишься, а ОН не придет. И вообще, это НЕ ОН, ЕГО ТУТ НЕТ, я тебе точно говорю, тебе ж показалось.

Если б я не знала Наргиз, я бы подумала, что передо мной какая-то психичка. Она – спокойная и веселая девушка по жизни — сейчас была похожа на жалкое существо, которое безвольно висело на моей руке и смотрело на мир затравленными глазами.

Усадив бедолагу в укромный уголок, я хотела спуститься в аптечный пункт за валерьянкой или другим успокоительным, но в меня впились тонкие, белые, как лед, пальцы:
- Не уходите… ОН придет, а я тут одна…

Наргиз плакала и тряслась… Да что это за ОН, которого она так боится?

Прошел почти час… девушка немного пришла в себя, но так ничего и не рассказала. Ее право. В этот же день мне пришло короткое сообщение от Наргиз: «Спасибо!», а через пару недель еще одно: «Мне нужно поговорить. Не найдется часик? Пожалуйста».

Бледная, в неизменном хиджабе, она рассказала мне все, или очень многое. А я слушала – и в очередной раз не могла собрать в кучу чувства и мысли: как земля носит таких уродов… может, когда-то нескоро их ждет ад, но сейчас они превращают в ад жизнь других людей – тех, кто во много раз лучше, чище и сильнее их самих.

«Я первый, ты мне должна»

Наргиз выросла в очень религиозной мусульманской семье. Лет в 15 девочку стали посещать странные и стыдные желания, от которых становилось одновременно больно и сладко. Она не знала, что это за желания, пока однажды не наткнулась на БДСМ-форум в интернете.
Она поняла, что она – из тех, кого называют нижними. Ей хочется боли, хочется быть униженной, хочется принадлежать кому-то…

Но прошел почти год, когда она решила зарегистрироваться на этом форуме. Ей едва исполнилось 17 лет. На ее письмо откликнулось сразу несколько мужчин… Но один написал: «Я ответил на твое предложение через 10 секунд, я – первый, ты должна встретиться со мной». Она была совсем неопытной и восприняла этот пассаж, как должное.

Как должное, она воспринимала и многое другое: что после первой порки она не могла две недели сидеть – так болели синяки; что Топ, метя по попе, попадал по лицу; и даже что на второй встрече он лишил ее девственности, хотя договоренность была на Тему без секса…

В этот же день он между прочим сказал ей, что женат (девушка же искала свободного мужчину). Но, конечно, жену не любит, они обязательно разведутся и блаблабла… Наргиз слушала его, развесив уши, и верила всему.

Наргиз в силу неопытности считала, что раз она нижняя, а он – ее Господин, то должна беспрекословно подчиняться ему. И она сразу согласилась, когда через пару недель знакомства он предложил пойти к нему «в ошейник» (то есть, стать «личной» рабыней господина, передать ему право определять твою жизнь полностью ). Она до конца не представляла, что это такое, но откуда-то знала, что это – наиболее правильные и глубокие тематические отношения, поэтому с радостью и легкостью согласилась.

«Ненастоящая» нижняя

Что изменилось с тех пор? Да ничего. Все было по-прежнему. Правда, когда она просила своего Топа быть аккуратнее – родители, видя, что их дочь постоянно приходит в синяках и захлестах, стали коситься и задавать неудобные вопросы, тот усмехнулся: «Соври что-нибудь. Ты ж не считаешь, что я должен себе отказывать в удовольствии из-за твоих надуманных проблем с твоими строгими родителями». Она не считала. И врала.

Через какое-то время девушка почувствовала признаки беременности… Она прибежала к своему Топу, предъявила ему двухполосную бумажку и залепетала:

- А мы придем к моим родителям, я все объясню. Что ты старше – это хорошо, у нас так принято, что ты не мусульманин – ничего, они поймут… главное, чтобы человек хороший…
- Ты чего, девочка? Какие родители, какой ребенок? Ты в себе вообще? Я и разводиться пока не собираюсь…
- Так ты ж говорил…
- Я говорил, да. И разведусь. Обязательно разведусь. Но не сейчас. Жена болеет. И вообще – не до этого.
- А наш ребенок?
- Ребенка никакого нет, есть эмбрион! Сделаешь аборт, ничего страшного.
- Но.. как так? Да и денег у меня нет.
- Вот как ты заговорила! Про деньги! Я думал, ты другая, не как все… А тебе только деньги от меня и нужны. Аборты делают в системе ОМС. У тебя есть полис? Есть? Вот и шуруй.

Наргиз не смогла сдержать слез… Она просто стояла на месте, а слезы лились на пыльный пол какой-то дачи какого-то приятеля, куда привез ее Топ.

- Ты будешь стоять и реветь? Или мы займемся тем, для чего пришли?

Наргиз не отреагировала. Тогда Топ выволок ее за руку на улицу, закрыл дверь домика и уехал, оставив посреди осени, вечера и незнакомого пригорода. Как он объяснил потом, если бы она вела себя «как настоящая нижняя» - побежала бы за ним, попросила прощения, встала бы на колени, он бы ни за что не оставил ее. «Но непослушных девочек надо учить».

Она нашла каких-то людей, какую-то остановку… добралась до дома. А назавтра позвонил ее Господин. Она не взяла трубку. Просто не смогла. Из глаз снова полились слезы, а рука словно онемела. Он звонил еще трижды… И трижды она не могла ответить. Она понимала, что неправа, что он – Верхний, а она – раба в ошейнике, она должна быть покорной и не имеет право на ослушание… Но взять трубку не могла. Как будто что-то в ней замкнуло. Это не было бунтом, протестом, скорее, невыносимой болью.

«Не смей вызывать «скорую»

Через день он встретил ее у вуза, был ласков, приветлив, шутил, обнимал… Пообещал, что «если уж тебе так хочется», то отвезет ее на аборт в платную клинику, только вот денег сейчас нет – пусть она займет у кого-нибудь или попросит у родителей, а он потом вернет.

- Да, я сделаю, как ты хочешь, - пообещала Наргиз, счастливая от того, что ее Господин так ласков с ней.

Но время шло, а она не могла решиться убить свое дитя. Спрашивая о дате аборта и узнавая, что девушка еще не ходила к врачу, Топ заметно нервничал… и начинал давить. От этого Наргиз замкнулась в себе и снова перестала отвечать на звонки.

Он снова приехал, свозил ее в кафе, говорил о любви к ней и разводе с женой… А потом целую неделю они встречались каждый день. После этих встреч тело Наргиз долго и тяжело болело, но душа была легка и свободна. Омрачала только одна мысль – надо делать аборт.

- Но Аллах все решил за меня, - грустно улыбается Наргиз, - у меня произошел выкидыш.

«Э, детонька, - подумала я, - это не Аллах решил… Твой ублюдочный Верхний связывал тебя, беременную, буквой зю, жестко порол, трахал разными предметами и даже фистинговал. Целую неделю, по несколько часов каждый день. Немудрено, что ты потеряла ребенка».

Когда Наргиз валялась в крови, она набрала телефон своего Топа и, задыхаясь, рассказала о произошедшем. Он ничуть не удивился и не огорчился, только приказал не вызывать скорую и не идти в больницу. Именно приказал. «А если будет плохо, звони – я сам отвезу тебя».

Плохо – было, она набрала его номер. Он обещал приехать, но не приехал – некстати сломалась машина. Но он переживал, звонил каждые 20-30 минут и повторял свой приказ не ехать в больницу.

Сомнений в правильности происходящего и непричастности любимого к ее выкидышу, а также в его полной честности у Наргиз не было: она принимала все, как свой личный крест, верила в болезнь жены и развод «как только, так сразу», но после потери ребенка в ней что-то сломалось. Внутри поселился какой-то червячок, она ловила себя на том, что не хочет идти на встречу с Топом. Она гнала эти мысли, объясняла самой себе усталостью и нездоровьем…

И правда, чувствовала девушка себя неважнецки: часто кружилась голова, снились кошмары, несколько раз были обмороки… А из интимного места периодически выходили какие-то ошметки. «Это неудивительно, - подумала я, - не прошло и двух неделей после выкидыша, а он тебя уже трахал».

Но она буквально заставляла себя встречаться с Топом, почему-то считая, что Тема имеет целительный эффект. Он часто повторял, что порка - лучшее лекарство. А он же знает, о чем говорит. Он хорошо чувствовал, что с девушкой происходит что-то не то, и то ругал ее беспричинно, вызывая истерику, то ласкал и говорил о любви.

Однажды на университетской паре она, по ее словам, круто опозорилась – свалилась в обморок, истекая кровью. Вызвали скорую. Девушка была госпитализирована в гинекологию, пролежала там две недели. Он не пришел ни разу. Только узнав, что она в больнице, долго ругался в трубку и слал злые смс-ки: «Я приказывал тебе не обращаться к врачам». «Но я упала в обморок, мне вызвали скорую» «Не хотела бы – не упала». Да, она была виновата, она подвела своего Господина.

Побег

Выйдя из больницы, Наргиз, снова сама не зная почему, сменила номер… Она не хотела видеть своего Топа. Просто не хотела – и все. Но он нашел ее – это было нетрудно, он знал, где она учится. А она даже не знала его фамилии. И встречи возобновились. И тогда она почувствовала, что такое быть рабыней. Рабыней не из дрочибельной сказки БДСМ-порталов, а реальной – когда вынужден делать то, что тебе противно. Девушка не спала ночами, постоянно плакала, почти ничего не ела… родители водили ее по врачам, и только старый доктор, друг семьи, сказал однозначно:

- У нее депрессия, тут поможет только психиатр.

Но она уже знала, что ей нужно – расстаться с Верхним. Боясь самой себя, она сообщила Топу о своем решении и положила к его ногам свой ошейник. Он давил, ругался, называл ее грязными словами, кричал, что «из-под ошейника уходить нельзя, это против правил». Наргиз сжималась в комок, плакала, но своего решения не меняла. И тогда он начал ее шантажировать тем, что расскажет все ее родителям и, более того, предъявит им видео с их встреч.

Она не могла рассказать о своей беде родителям, у них была очень религиозная семья, и Наргиз боялась, что это станет для них ударом, и от нее отвернутся.

Поэтому встречи с Топом возобновились, но в них уже не было намека на что-то хорошее – он просто избивал и насиловал ее. Она выдержала почти пять месяцев. А потом придумала: наврала родителям, что ее специальность закрывают, всех переводят на другую, а она другую категорически не желает, поэтому ей придется уехать в другой город.. далеко, в Сибирь. Родители пытались переубедить ее, но не смогли.

Так она оказалась в нашем городе. И только сейчас начала понимать весь ужас того, что происходило с ней. Она начала жить – у нее появился интерес к жизни, к учебе, новые знакомства. И главное – она открыла для себя новую Тему, в которой удовольствие получают обе стороны.

Можно было бы изобразить хэппи-энд, если б история не имела продолжения. В другой раз я увидела Наргиз примерно через полгода, осенью. Она, пряча смущенные глаза, рассказала мне, что летом ездила домой. И снова встретила ЕГО. Сначала она избегала встреч с ним, но он – МЯГКО и БЕЗ НАЖИМА – встретился с ней «только поговорить». Извинялся за свои ошибки, говорил, что и не собирался рассказывать ничего ее родителям, просто не знал, как ее удержать... И вообще – развелся с женой, потому что «да, ты уехала, но я понял, как ты мне дорога, что я не могу быть рядом с кем-то еще». Он стал ее уговаривать вернуться – чтобы я мог тебя видеть.. только видеть – и все…

Я пустила в ход все свое красноречие, выбирала самые яркие выражения…

- Девочка, он все ВРЕТ, он тебе ВРЕТ. Он не развелся с женой, он убил вашего ребенка… он хочет вернуть тебя не потому что любит, а чтобы отыграться на тебе за то, что ты уехала, взять реванш. Поверь мне, поверь моему опыту! Ты умная, ты сильная… не дай этому козлу вытереть об тебя ноги!

Но Наргиз уехала. Правда, как я узнала, все же, не домой. А за 300 км, снова сменив место жительства и вуз - к своему новому Топу. Что это за человек и как складываются их отношения, я не знаю, но надеюсь, что у нее все хорошо…»

(В следующем посте Инна даст новичкам советы по безопасности в Теме и предостережет от потенциально опасных "соискателей").
Tags: bdsm, истории читателей, неглект, пинг, психопат, садомазохизм, сахарное шоу, сексуальная порочность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 379 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →