Перверзные нарциссисты, психопаты (tanja_tank) wrote,
Перверзные нарциссисты, психопаты
tanja_tank

Categories:

«Многогранная личность» Марина

С очень интересной, «многогранной» особой довелось близко пообщаться сегодняшней героине. Ее однокурсница и близкая подруга Марина бухала до отруба на улице, нападала на ночных прохожих, «развлекалась» поджогами, смело шла на красный свет под колеса машин, полосовала руки ножом… При этом училась на отлично, много читала, писала рассказы и мечтала стать художницей.

Мне кажется, тут не без психиатрических проблем. С большой осторожностью предположу, что Марина - очень расстроенный пограничник, часто переходящий условную границу нормальности. Налицо и социопатические, и истерические проявления.

Сама же героиня считает, что Марина — мнимо ничтожный нарцисс, поскольку все время сетовала, как ей, ранимой творческой натуре, тяжело и бесприютно в этом жестоком мире. В результате героиня носилась с ней как курица с яйцом, всячески опекала, решала многие проблемы, без конца утешала и умоляла не расстраиваться, если кто-то что-то сказал не тем тоном и не так посмотрел. А потом вместо благодарности получала козьи морды и бойкоты...

(Рисунки выполнила наша «сообщница» olja_klimi, за что ей большое спасибо. Внимание: это не ее история).

"Хочу, чтобы меня любили!"

«С Мариной мы учились вместе в университете. Она была в другой группе, а потом мы попали вместе на летнюю практику, жили в одной комнате. Марина была умным, весёлым человеком, разбиралась в музыке, у нас были похожие вкусы, и мы очень сдружились, почти всё время были вместе.

Я почувствовала к ней сильную симпатию и сообщила ей о возникающих чувствах. Марина отреагировала неоднозначно: я не такая, отстань. В то же время она иногда приглашала меня посидеть, обнявшись. А иногда прогоняла. Как-то, дурачась, начала кричать: "Меня никто не любит! Я хочу, чтобы меня любили!"

 Вернувшись в город, мы продолжали общаться, на общих лекциях всегда сидели вместе. А потом она просила меня съездить с ней то в один магазин, то в другой. А то ей надо купить новый диск, а она стесняется разговаривать с продавцами. И вообще с посторонними. Она просила, чтобы я протянула продавцу деньги и назвала группу. Я не сильно удивилась - после общения с перверзной матерью у меня иногда бывал страх перед общением с посторонними, я опасалась неожиданной реакции - насмешки, грубости. Но я свой страх преодолевала.

Помощь Марине с покупками и вообще прогулки, общение отнимали огромное количество времени. Покупая диск, она стояла и рассматривала прилавок по часу. Снова и снова открывала то один, то другой диск.

С одеждой было ещё сложнее. Марина думала над каждой вещью по 15-20 минут, возвращалась по несколько раз к одним и тем же. Марина любила бренды, и у прилавков с ее недоступными хотелками мы провели уйму времени. Марина всегда замечала, кто во что одет и откровенно негодовала по поводу чужого богатства. Она ненавидела весь юрфак и филфак потому, что там было много девочек, одетых из бутиков..

Я не знала, чем отличается одежда из бутиков от обычной и не видела в толпе, кто во что одет. Просто не обращала внимания. От Марининого же взгляда не ускользало ничто. Она обсуждала каждую дорого одетую девушку, которая нам случайно попадалась на пути. Как-то с ненавистью в голосе сказала: «Ненавижу ту однокурсницу с её Рибоками-неделькой. Купить настоящие Рибок в 90-е мало кто мог. Но у той девушки каждый день были новые кроссовки, и Марина заметила ее из 120 человек!

Несмотря на любовь к брендам и периодическое опускание «нищебродов», Марина регулярно находила вещи на улице и... носила их. Хотя нужды в одежде у неё не было, шкаф ломился от вещей. Однажды она нашла на помойке твидовое пальто "абсолютно новое" и долго его носила. Другой раз при мне на прогулке подобрала кепку, тут же надела её на голову, не заботясь о её чистоте и возможных паразитах.

Марина не раз упоминала, что семья у неё с дворянскими корнями, рассказывала о богатстве семьи до революции. До перестройки они так же были достаточно обеспеченным семейством, потом стало хуже.

К бомжам с любовью

Как-то раз я поделилась с Мариной неприятным воспоминанием из детства. Когда мне было совсем немного лет, бабушка частенько меня называла эгоисткой. Громогласно, вкладывая море пафоса, осуждения, всегда при большом скоплении посторонних.

Эгоисткой меня называли за какие-то совершенно обычные дела, вроде взяла для себя игрушку, чтобы поиграть, прошла в числе первых через калитку, взяла себе конфету. Не было такого, чтобы я распихивала всех, объедала, загребала себе все игрушки и т.д.

Я от этого очень пугалась, смущалась и расстраивалась. Не могла понять, в чём виновата. Марине рассказала, как другу, ожидая сочувствия. Она формально поддержала, а через пару недель вдруг громогласно объявила - ЭГОИСТКА!  И очень так внимательно, буквально вперившись, смотрела на мою реакцию, не мигая. (Нельзя не обращать внимания на такие моменты, нельзя!)

На прогулках к нам время от времени подходили бомжи и алкаши. У меня было одно желание - поскорее отойти от них. Деньги я им никогда не давала, тем более, у меня их особо и не было. Марина же считала бомжей самими лучшими людьми на свете! Самыми умными, крутыми, уникальными, замечательными! Она всегда вступала с ними в диалог. Бомжи, видя такое, прилипали надолго. Один раз дед-бомж предложил Марине пойти с ним переспать вот прямо сейчас.

Заработок для 15-летней

Несколько воспоминаний из детства, рассказанных Мариной. В садике с ней жестоко обошлась воспитательница, чуть не за шкирку тащила её вверх по лестнице, потому что Марина в 5 лет не умела... подниматься по лестнице. Вообще. Научилась только к первому классу с большим трудом. Марина прокомментировала это так: мы жили в доме с лифтом и не было нужды учиться взбираться по лестнице. А другие дети жили в хрущобах, поэтому умели.

У Марины не было отца, они с ее матерью не были женаты, только недолго встречались. Марину растили мама и бездетная тётя, которая очень ее любила, была ей действительно большим другом.

С мамой у них часто возникали конфликты. Как-то, когда Марина была ещё школьницей, она прислонилась к маме, и та сказала ей: уйди, жирная. Марина с тех пор села на строгую диету, ела один раз в день.

Как-то Марина пришла на учебу злая, сказала, что они подрались с матерью, у неё несколько синяков, и мать в драке чуть не выдернула ей руку из сустава.

Еще в школе мама с тётей были обеспокоены Марининым поведением и отправили её к психиатру. Марину положили на обследование. Она сказала, что не знала о видеокамерах в комнате, поэтому била пустой железной кружкой по батарее - «делать всё равно было нечего». Поэтому психиатры решили, что у неё отклонения, и поставили ей какой-то диагноз. Сейчас точно не помню, что она сказала - невроз или что-то похожее.

В старших классах Марина впервые заработала. Но каким образом! В школе ходил слух, что она лесбиянка. Хотя это было не так. Дошёл он до одной взрослой девушки, которой больше 20 лет было, а Марина ещё несовершеннолетняя. Она через кого-то из одноклассников вышла на Марину и попросила за деньги заняться с ней оральным сексом.

Марина, притом, что она "100 процентов натуралка", как она мне не раз говорила, согласилась на это. Марина тогда купила несколько десятков кассет. Заплатили ей прилично. Т.е. еще в школе у неё был опыт проституции!

"Уйду на философский!"

Постепенно у Марины прогрессировало недовольство учёбой. То ей не нравился факультет, то она мечтала о другом вузе , хотела поменять специализацию. Регулярно повторяла - всё, перехожу на философский!

Я боялась остаться без подруги, поэтому каждый раз уговаривала её не уходить. Сейчас я понимаю, что про философский говорилось с целью вызвать у меня беспокойство и развести на уговоры.

Марина писала повести и рассказы, довольно объёмные. Сокрушалась, что не стала писателем. В школе она выиграла в каком-то писательском конкурсе для детей. Тот рассказ она мне дала почитать. Я ещё тогда заметила, что там упор на форму сделан, а содержание довольно невразумительное.

В рассказе девушка, главная героиня, выходит в мороз из дома и едет на троллейбусе. Ей сначала было очень тяжело идти по снегу, потом холодно ехать в обледеневшем троллейбусе. Описание зимы и обледенения этого троллейбуса были интересными, но больше витиеватыми. Чрезвычайно витиеватыми - так, что к смыслу надо было продираться. Ощущение, что человек через технику пытается овладеть писательским мастерством, пытается изо всех сил, но не может потому, что чувств нет и как о них писать, он не знает.

Потом Марина разочаровалась в писательстве и увлеклась рисованием - ровно с таким же результатом. Выбирала очень странную тему и делала рисунок с множеством мелких деталей. Часто вообще было не понятно, что конкретно изображено.

Позже она пошла на курсы по рисованию, стала рисовать по правилам, с хорошей техникой, но опять же это всё было плоско, без души. Живописью я занималась сама и вот тут могу оценить. При взгляде на Маринины рисунки появлялось чувство пустоты. Ни энергии, ни темперамента, ни эмоции, ни личности, ничего... Сама она преподносила свое творчество как нечто гениальное и критики не потерпела бы. Была бы грандиозная ссора.

Мильон извинений

А ссоры были весьма регулярны, рождались на пустом месте. Поводом могла быть, например, случайно сказанная мной фраза, причём раньше я могла говорить то же самое сотни раз и никакой обиды не было. Поводы были настолько смехотворны, что я о них уже не помню, кроме первого случая.

Как я сейчас понимаю, это был ледяной душ. Мне надо было куда-то зайти в универе, а Марине - что-то купить. Про мою потребность она сказала: давай потом. Я уже знала, что это «потом» никогда не наступит и сказала ей: если сейчас не сходим по моим делам, то и я не пойду помогать тебе покупать, что ты хочешь.

У Марины стало каменное лицо. Она резко пошла от меня, вся её фигура выражала презрение. Я в шоке шла за ней, вопрос о моём деле больше не поднимала, разумеется.

Марина через пару минут зло обернулась, не сбавляя шагу и сказала: «Я вообще-то в костылях не нуждаюсь! Ты преувеличиваешь своё значение для меня!» Я в полном ужасе шла за ней. Мне не в чем было себя винить, но тут я чувствовала, будто сильно обидела тонкую натуру.

На остановке она стояла, смотря в пространство, из ее глаз катились слёзы. При этом она не всхлипывала. Я извинилась несчетное количество раз.

Таких ссор было великое множество. Всегда внезапные, из-за ерунды, но выглядело так, как будто я действительно сказала что-то ужасное. Иногда Марина обижалась один день, иногда несколько. Когда во время долгой обиды мы сталкивались в универе, она проходила мимо меня, нарочито глядя в сторону. Бойкот был очень суров, при этом Марина очень радостно и живо  общалась с однокурсниками, иной раз с сидящими ко мне вплотную. Шутила и смеялась.

Бойкот заканчивался тем, что Марина сама звонила мне и как ни в чём не бывало говорила: «Привет!» Я только первый раз удивилась, но подумала, какая она молодец! Отходчивая, не помнит долго ссоры. Я радовалась, и мы с повышенной теплотой возобновляли дружбу.

Случались и мини-бойкоты без видимой ссоры. Пришла как-то наша однокурсница после небольшого ОРЗ. Марина очень радостно с ней поздоровалась, я тоже. Потом лекция должна была быть с другом корпусе до которого идти пешком около 30 минут. Всю дорогу Марина шла с ней, без конца болтала, смеялась. Мне не сказала ни слова, не обернулась, не посмотрела, иду ли я вообще.

Шестерка, девятка, спирт

Марина почти на каждой прогулке покупала пиво. Я не пью, за исключением праздников, и то слегка. Алкоголь на Марину действовал странно. У меня возникало ощущение, что у неё по книгам, фильмам имеется штамп в голове - как должен выглядеть пьяный и она этот штамп старательно, но фальшиво реализует. Она даже после нескольких глотков начинала очень громко разговаривать, пошатываться, орать частушки и русские народные песни. Поклонником народного творчества она в реальной жизни совсем не была, слушала рок.

Такое поведение нетрезвой подруги меня очень напрягало, на нас таращились люди. Я просила её вести себя нормально, а она отвечала, что ей по фигу, что на неё смотрят, а мне советовала не трахать ей мозг.  Маринины попойки прогрессировали, даже когда мы не шли гулять, она решала меня "проводить" и просто ехала вместе со мной всеми четырьмя видами общественного транспорта и напивалась по дороге. На меня такие "проводы" очень давили. Постепенно увеличивалось количество выпиваемых за раз бутылок, потом она с «шестёрки» перешла на «девятку»...

Несколько раз мы ходили на концерты. На один она не прошла фейсконтроль. Потому что выпила пива и вела себя неадекватно. Я одна не пошла, билеты пропали. Мы долго гуляли, разговаривали.

А потом у метро встретили панков.  Марина видела их раньше несколько раз в рок-магазине, отзывалась о них с восхищением. И вот значит, наткнулись мы на этих ребят, Марина, которой сложно с посторонними, подойти боится и прочее, забывает вообще о моём существовании, кидается к ним общаться, угощает их пивом, сигаретами.

Я ушла. А на следующий день в универе выяснилось, что тусовались они недолго, Марина отошла в кусты, а панки смылись с её плеером, которым она очень гордилась, и косухой.
Пивной "душ" для милиционеров

Совместный поход на другой концерт закончился сущим кошмаром. Проходило мероприятие в большом концертном зале. Там был танцпол и амфитеатр. Над проходами на танцпол было что-то вроде козырьков, куда при желании можно было влезть, перемахнув через перила по бокам.

Марина купила в баре охапку банок пива и почему-то решила забраться именно на этот козырёк, хотя вокруг было полно сидячих мест. Сначала она забросила на козырек все банки, потом мы забрались сами. От удара одна из банок дала течь, и пиво под давлением хлестало из неё тонкой струёй.

Марина стала поливать пивом всех проходящих под козырьком, в том числе, и милиционеров. Они светили на Марину снизу фонариком, она перестала их поливать и начала зачем-то... делать «берёзку».

Милиционеры поднялись и стали её стаскивать с этого козырька, а потом куда-то поволокли. Я шла следом, Марина активно отбивалась, как в кино, а милиционеры били её дубинками. Привели в комнатку для задержанных, мне сказали, чтобы я шла, но я отказалась и осталась с ней. Остальные задержанные все были парни, все несовершеннолетние и очень пьяные.

Марина несколько раз внезапно вставала и выбегала наружу, её сразу же ловили и возвращали. Предупредили, что ещё раз - и прикуют наручниками к батарее. Потом Марину отпустили, сказав, если задержат ещё раз, уже не отпустят. Мы ушли, при этом Марина подпрыгивала и верещала от радости, один из милиционеров спросил - она что, ненормальная???

Из-за "приключений" с ней у меня возникали фобии на несколько дней и недель. О полученном  стрессе я вообще молчу.  После того концерта я долго пугалась людей в форме, особенно милицейской.

Отползание в лес

Пьянство Марины усугублялось. На очередной летней практике у нас был день отдыха, мы сходили в посёлок, и Марина купила 10 бутылок пива. Пила одну за другой, не останавливаясь. В итоге она напилась так, что стоять не могла. Выходила в туалет на улице и возвращалась частично ползком. Я очень боялась, что её увидят преподаватели. Но их, к счастью, не было.

Но увидели однокурсники и начали со смехом комментировать. Но Марина продолжила пить!!! Я в полном ужасе. Потом она заснула, поспала немного и снова захотела в туалет. Но идти не может вообще! Я опасалась, что она вообще провалится в дырку в туалете и решила довести её до леса. Она буквально ползла за мной. Отвела я ее подальше, она свои дела сделала и... легла прямо там спать.

Уже в городе на кафедре нам как-то выдали 96-процентный этиловый спирт для работы. Мне и Марине по бутылке. Нам надо было в тот день развести его дистиллированной водой до определенных градусов. Потом мы должны были идти в другое здание на следующую лекцию.

Марина решила немного отлить. Сначала отливала по чуть-чуть и разводила дистиллятом до крепости водки. Потом она продолжала наливать и разводить, я уже стала реально беспокоиться о том, как мы пойдём на лекцию. Пыталась её остановить, запрещала пить. Но она продолжала, как только я отворачивалась.

Я уже собралась отобрать бутылку совсем, уговоры не помогали, но она клятвенно заверила, что всё! Мне надо было отойти в другую часть аудитории, а она перегорожена шкафом и слышимость такая, как будто его нет. И тут я слышу отчётливое буль-буль-буль и звуки проглатывания. Я ору: ты обещала, да что ты делаешь!!! Марина, громко закручивая крышечку на бутылке, говорит: да тебе уже мерещится, у тебя глюки, лечиться надо!!!

Вышли мы нормально, но спирт начал действовать уже на улице. Идём, Марина всё пьянеет и пьянеет, я хватаю её под руку и шиплю в ухо - иди ровно, сволочь, иди ровно! Понимаю, что ни на какую лекцию мы не попадаем, куда её девать - не представляю. Живём и я, и она очень далеко, денег у меня вообще ноль.

И вдруг Марину особенно пошатывает, она хватается за водосточную трубу.  Я говорю ей, чтобы собралась, и тут понимаю, что ни шага она сделать не может. Вообще. В следующий миг она падает на асфальт.

Дальнейшие мои действия, возможно, покажутся странными, но больше в голову ничего не пришло. Я быстро ушла в арку, мимо которой мы только что прошли. Рассчитывала, что она заползёт за мной в безлюдный двор, как это было на практике в лесу, и там нас никто не увидит, и я смогу порыться у неё в рюкзаке и найти деньги, чтобы довезти ее до дома.

Стою, жду. Она не появляется. Вышла за ней и вижу, что улицу перегородила толпа. Множество людей собрались вокруг Марины, она лежала на спине с полуоткрытыми глазами. Люди обсуждали две вещи, что с ней случилось и какого она пола. Марина была тогда в камуфляжных штанах, черных ботинках-гадах, с ирокезом на голове. Несколько человек с разных автоматов вызывали «скорые».

«Скорая» приехала очень быстро, врач спросил, кто что видел. Почти все люди сразу ушли, а я сказала врачу, что я её подруга, и что она очень много выпила. Ее забрали в больницу, а я взяла её вещи и поехала домой. Не до занятий было. Дома сравнила мою и Маринину бутылки. Израсходовали мы для работы равное количество спирта, а выпито у неё было больше половины бутылки 96-процентного. Т.е., больше бутылки водки, если развести. И без закуски... После этой истории у меня пару недель держалась фобия - боялась скоплений людей.

После этого я сказала себе: с меня хватит, при мне она больше пить не будет. Она продолжала пить без меня и при всём её якобы стеснении с лёгкостью находила собутыльников.

(Окончание в следующем посте)
Tags: бойкот, дружба с нарциссом, истории читателей, мнимо ничтожный нарцисс, нарциссическая зависть, пограничники, психопат, социопат
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 54 comments