Перверзные нарциссисты, психопаты


Previous Entry Share Next Entry
Гипноз Резеды Ильдаровны (Было или не было?)
tanja_tank
Очень загадочная история из последней почты. Читательница просит "мнения зала". Я намеренно проставляю только самые общие тэги. Для меня самой в этом рассказе много непонятного...

"Я до сих пор не могу отделаться от чувства, что я во всем виновата, что мне хотели помочь, а я навредила и все испортила. Мне необходимо получить посторонний, объективный взгляд, чтобы мне разложили по полочкам, кто виноват во всем произошедшем, виновата ли я и вообще, что со мной произошло.

...В 2010 году после инсульта умерла мама. Незадолго до этого я разошлась с мужем, были вместе восемь лет. Расстались по обоюдному согласию, без претензий и можно сказать, по-дружески, но все равно переживалось тяжело. А мамина смерть стала полной неожиданностью и очень тяжелым ударом для всех нас. В семье у нас всегда были теплые отношения, мама была душой семьи.

Папу мамина смерть очень подкосила. Он любил ее безумно, и за короткое время сильно сдал, часто стал болеть. На семейном совете мы решили, что я перееду на какое-то время к папе, чтобы ухаживать за ним и его поддерживать. У меня есть еще старшая сестра, но она жила в другой стране, у нее семья, работа, дети, она не могла все это оставить. Но регулярно звонила и по телефону, и в скайпе, и присылала денег для папиных нужд. Я могла работать по удаленке, я работаю в сфере IT.


Переезд к папе

Сначала собиралась снимать квартиру рядом с родительской, но папа категорически был против, хотел, чтобы я жила с ним. Я согласилась. В бытовом плане мы уживались хорошо, денег я зарабатывала достаточно, сестра еще присылала, хватало и папе лечение оплачивать, и жить лучше среднего. Я старалась папу побаловать, покупала домой его любимые вкусности, гуляли мы часто, ходили в кино или в филармонию, он очень любил.

Вообще, старалась как можно больше времени с ним проводить, поощряла его задумки, например дачный дом перестроить под капитальный. Он хотел туда потом переезжать, жить там зимой. Ему природа на пользу шла.

Но папа стал совсем другой без мамы, он постоянно молчал, закрывался, очень сложно было его разговорить, иногда без повода выходил из себя, начинал кричать, говорил, что скоро умрет, что хочет к маме и поскорее бы она его забрала. Мне было очень тяжело это слышать.

Я часто стала плакать, хотя не плаксивая сама. Мама умерла, сестра далеко, с мужем разошлись, детей у меня нет, а папа сильно переживал свое горе. Меня поддержать было некому, я до последнего старалась все в себе пережить, но стали сдавать нервы. Тогда одна знакомая посоветовала мне обратиться к психологу, сказала что у меня стресс, что нужно это проработать, что станет легче.

Я сначала с недоверием отнеслась к этому предложению, но потом стала замечать, что часто без всякой причины злюсь на беспомощного папу, иногда мне прям хотелось нагрубить ему. Решила, что это плохой знак и мне действительно нужна помощь специалиста. Убедила себя, что это такой же врач. Несколько дней посвятила поискам человека, к которому можно обратиться с проблемами и вышла на Резеду Ильдаровну.

Лучшая подружка

Я когда увидела ее первый раз, подумала, что она еще студентка или только закончила вуз. Она очень молодо выглядела, маленькая - метр пятьдесят, худая, без макияжа, глазищи огромные. Потом выяснилось, что она моя ровесница. Сначала я хотела даже отказаться от работы с ней, ну не могла ее всерьез воспринимать. Потом пообщались, и все поменялось.

Резеда попросила называть ее так, без отчества. Начала расспрашивать про дела, про семью, про развод, про маму, про папу. И так мне легко оказалось с ней общаться. Она с таким интересом все спрашивала и слушала, задавала вопросы, делала себе какие-то пометочки.

После нашего сеанса мне стало легче. И мы стали регулярно встречаться, я рассказывала о себе и своих проблемах, а Резеда только задавала вопросы и слушала. Довольно быстро я стала считать ее чуть ли не своей лучшей подружкой. У меня не много было в жизни друзей, из-за постоянной занятости да плюс я не очень общительна. Моими лучшими друзьями были мои родители, сестра и муж.

Резеда дала мне свои контакты в соцсетях, личный номер телефона и просила звонить ей в любое время, как мне захочется поговорить. Говорила, что с радостью меня всегда выслушает, ведь она мой психолог. Она оказывала мне поддержку, стала давать советы как поступить в том или ином случае, мне очень эти советы помогали.

Свободное плавание

Она посоветовала мне уйти с той работы, где я работала по удаленке и начать «свободное плавание», так она и выразилась. Ну она, конечно, не напрямую мне сказала – увольняйся, а мягко, намеками, типа я достойна большего, у меня такой склад ума уникальный, такой талант в своей сфере, а в фирмах меня никогда не оценят по достоинству, потому что я женщина, а все считают, что женщины не могут в IT. Говорила, что у меня уже наработана клиентская база, и я могу увести их с собой, потому что по факту это мои клиенты, а не компании.

В ее словах я улавливала здравый смысл, и у самой частенько возникали подобные мысли. В конце концов, я уволилась. Я, кстати, продолжала периодически общаться с бывшим мужем, и вот ему идея с моим увольнением и «свободным плаванием» очень не понравилась. Он пытался сместить мое внимание на возможные риски, говорил, что для бизнеса важно не только хорошо писать, но и искать клиентов, взаимодействовать с ними, договариваться, запариваться с документацией, продумывать много организационных моментов и т.д., и что у меня не будет хватать на все это времени и сил и я не смогу в одиночку делать работу так же быстро и качественно, как в фирме.

Но я считала иначе. На одном из сеансов Резеда сказала, что всегда найдутся те, кто в меня не будет верить и главное, чтобы я верила в себя сама, а от таких людей лучше держаться подальше и вообще убрать из своей жизни. Меня радовало, что она в меня так верит, ведь она психолог, знающий человек, видит во мне задатки лидера. Я была на подъеме. Заказчиков было мало, но это ведь только начало. Я много времени и сил прикладывала, чтобы разобраться в каких-то непонятных или новых для меня моментах, которые мне сулило «свободное плавание».

Еще много времени отнимали сеансы с Резедой, 3-4 раза в неделю. Сначала она настаивала на такой частоте наших встреч, а потом я уже сама не могла без них прожить. С папой я стала общаться еще меньше, он моего внимания не просил, и я думала, что всех все устраивает.

"Арт-терапия" по-тайски

Через некоторое время я пришла на сеанс, и выяснилось, что две недели теперь сеансов не будет, потому что у Резеды отпуск и она уезжает в Таиланд. На мой ужас она ответила, что я могу поехать тоже и тогда перерыв в общении можно не делать.

Конечно, я согласилась. Наскребла денег с трудом, т.к. клиентов все еще было мало, и мы поехали. Первые несколько дней в Тае я провалялась лежнем из-за акклиматизации, мне было очень плохо. Потом вроде ожила.

Резеда сказала, что мы, конечно, можем общаться как подружки вне сеансов, раз уж мы вместе на отдыхе, но в ее тоне я почувствовала, что она не была бы этому рада. Я старалась не мешать ее отдыху, почти все время просиживала в номере за компом.

В один раз Резеда пришла ко мне в номер и сказала, что сегодня у нас будет необычный сеанс, арт-терапия. Мы пошли на какую-то местную дискотеку с трансвеститами. Резеда спрашивала, как я к этому отношусь, какие они у меня вызывают мысли, испытываю ли я желание заняться с ними сексом, как меня больше они привлекают, как мужчины или как женщины. Меня трансвеститы никак не привлекали. Я воспринимала их как часть тайской культуры или шоу-программы, но без всяких грязных мыслишек на их тему.

Резеда еще спрашивала меня про секс, мою сексуальность, опыт, что мне нравится или не нравится. Когда я сказала, что не хочу это обсуждать, она мне ответила, что у меня какая-то детская травма на этот счет, которую надо проработать. Спрашивала, не трогал ли меня взрослый мужчина, когда я была маленькой, не приставал ли ко мне отец. Я еще раз отказалась отвечать на такие вопросы. Мне было неуютно и почему-то мерзко.

Резеда сказала, что я зажимаюсь, и со мной тяжело работать. Я мешаю процессу, мне следует быть податливее, стремиться излечиться. Она предложила выпить, чтобы разрядить обстановку. Я почти не пью, но в тот момент была рада, что хотя бы она перестанет задавать мне вопросы. Мы выпили по нескольку коктейлей. Она выбирала их сама, а платила я. Она говорила, что выбирает слабенькие, но по эффекту этого было не сказать. Я опьянела быстро, и Резеда повела меня в номер. Я могла идти сама, но меня сильно шатало.

В номере меня вырвало, Резеда не ушла, предложила мне водички, легла со мной рядом и гладила по спине. Я вроде бы уснула, а потом вдруг обнаружила, что лежу в кровати голая, а надо мною голая Резеда, и она целует мою грудь. Я так и не поняла, это было правдой или нет, потому что воспоминания были очень путанные и нечеткие. Не знаю до сих пор, мы тогда переспали или нет.

Когда я проснулась, я лежала в кровати голая, но одна, и ничего не подтверждало то, что у нас что-то было и мне это не приснилось. Трусы свои я нашла в ванной, а следовательно могла снять их там сама вместе с другой одеждой. Резеда же на следующий день вела себя как ни в чем не бывало, ни о чем не вспоминала, но слегка подтрунивала надо мной, что я напилась. Она сказала, что довела меня до номера, уложила спать и ушла.

В поисках моей "травмы"

Когда мы вернулись из Таиланда, Резеда опять начала меня распрашивать про сексуальную жизнь. В обстановке привычного кабинета я чувствовала себя спокойнее, чем на дискотеке с трансвеститами. Рассказала про свой первый раз на первом курсе с однокурсником. Мы какое-то время подружили, а потом не сошлись характерами.

А вторым был мой бывший, а тогда еще будущий муж. Она выспрашивала про мужа – какой он, какой в постели, какие предпочитал позы, что его возбуждало, как часто у нас было. Мне не хотелось об этом говорить. Это личное, во-первых, а во-вторых, с мужем в постели у нас все было отлично. Нет там никаких травм, и не надо об этом говорить.

Но Резеда считала иначе. Она настаивала на том, что у меня какие-то неразрешенные сексуальные проблемы, выпытывала всю подноготную, вплоть до первой мастурбации и просмотра порнофильмов. Я рассказала все, что помнила и вспомнила то, чего не помнила, но проблемы это не решило.

Один раз Резеда позвала меня встретиться в кафетерий перед сеансом, сказала, что у меня проблема вытеснена в бессознательное, и мешает мне жить. Если ее не вытащить, не осознать и не проработать, я никогда не буду счастливой, а буду пожирать себя изнутри и не знать из-за чего. Выход один – гипноз, но на него нужно мое согласие. Теперь я знаю, что гипноз не могут проводить люди, не имеющие на это специальной лицензии, но тогда не знала, а доверие мое к Резеде было безграничным. Я согласилась.

Шокирующая запись

Сеанс мы проводили у нее дома (это тоже грубое нарушение врачебной этики). Перед сеансом мы пили чай. Потом она погрузила меня в транс, а когда я проснулась, смотрела на меня с выражением победителя.

Включила мне запись, на которой я рассказываю, как меня в детстве, в восьмилетнем возрасте насиловал отец. Как раз мама с сестрой тогда уезжали в Евпаторию, а я осталась с отцом на две недели. Уж не помню, почему я не поехала с ними, возможно, из-за каких-то соревнований.

Я не смогу описать, что в этот момент со мной произошло. Я чувствовала себя облитой дерьмом с ног до ушей. Не понимала, как такое вообще возможно. Мой папа всегда очень любил меня, сестру. Обожал маму. Он был самым лучшим в мире папой, добрым, заботливым, защитником. Я просто поверить в это не могла.

Я шла домой и хотела умереть. Резеда сказала после сеанса, что она ведь говорила, что у меня непроработанная травма, о которой я не помню, и ясно, почему я про секс не хочу говорить. И что образ мужа – это образ отца. Много еще всего говорила.

Папин ответ

Я после этого сеанса не общалась с ней месяц. Не отвечала на звонки и в соцсетях, и по почте. Я не хотела знать такую правду и ненавидела ее за это. Сидела дома, почти никуда не выходила.

Папа видел, как мне плохо, пытался со мной заговорить, выяснить в чем дело, а я огрызалась, молчала. Грубо отвечала ему. Как-то раз он очень настойчиво выспрашивал у меня причину моего состояния, сказал, что переживает очень, а я не выдержала. Наорала на него, сказала, как он смеет еще что-то спрашивать, после всего, что со мной сделал. Что должен в ногах у меня валяться.

Папа просто вышел очень расстроенный, ничего спрашивать не стал. А через два дня я нашла его на даче повешенным.

С этого дня в моей жизни начался полнейший пиздец. Я сорвалась и написала Резеде. Она что-то мне пыталась впарить, что я теперь освободилась, и он это заслужил. Что она понимает, что мне больно, но она рядом, будет мне помогать. Она так это все как-то говорила, будто у меня никого нет кроме нее, будто вокруг враги и только она - друг.

Прилетела сестра и ужаснулась, увидев меня. Она сказала, что выгляжу – в гроб кладут краше. Я сильно похудела, побледнела, волосы лезть стали клочьями, все лицо обсыпало, постоянно стала кашлять, будто задыхаюсь.

Потом сестра выяснила обстоятельства смерти папы, и мы жутко поссорились. Я убежала из дома домой к Резеде. Она снова отпаивала меня чаем, потом я уснула, а проснулась в состоянии еще хуже. В ее обществе мне было совсем невыносимо, и я вернулась домой.

Сестра сильно переживала за меня. Она приехала на месяц, мы с ней постоянно ссорились, потом мирились, потом ссорились опять. Резеда бомбила меня по всем каналам, жаждала вызнать все подробности происходящего у меня. Я часто ей не отвечала и прогуливала сеансы.

Несколько раз приезжал бывший муж, тоже в ужасе был от моего состояния. Сестре я долго не рассказывала про Резеду, не знаю даже почему. Но в конце концов сестра все узнала. Мы с ней разговорились, порыдали. Я рассказала про гипноз и про запись. Сестре стало плохо. Она убеждала меня, что это не правда, что быть этого не может.

Мы звонили нашим тогдашним соседям, соседка тетя Саша рассказывала, что у папы тогда было много работы, и я почти все свободное время торчала у них. Мы вспоминали папу, как мы с ним играли в детстве, как ездили в походы. Как он маму любил, даже не смотрел ни на кого. И мне казалось невероятным, чтобы мой папа… Сестра наотрез отказывалась верить в это и почти убедила меня.

Меня колбасило из стороны в сторону. Я ей то верила, то не верила. У меня постоянно происходили срывы.

На карантине

В один из таких срывов я сбежала к Резеде, и она меня убеждала, что сестра просто мне завидует, что отец выбрал меня, а не ее. И я, представляете, в какие-то моменты верила ей.

Когда я вернулась от нее домой, сестра забрала у меня ключи, телефон, перекрыла в квартире интернет и лишила всякой связи с миром. Две недели она со мной сидела, иногда выводила меня погулять, но я больше не пыталась убегать. Хотя меня сильно ломало по общению с Резедой. Я порывалась ей позвонить или написать в соцсетях, но хорошо, что сестра лишила меня такой возможности.

В остальном же я жила растением – ела, пила витаминки и успокоительное, лежала на кровати. Иногда читала книги. Редко общалась с сестрой, в основном вспоминали папу и маму, самые светлые моменты из нашей жизни.

Потом сестра уехала и обещала через два месяца вернуться. В квартире поселился бывший муж. Он присматривал за мной. Он же уговорил меня показаться другому врачу. Там-то я и узнала о врачебной этике, о лицензии на гипноз и о вопиющем непрофессионализме Резеды Ильдаровны. Мы даже хотели в какой-то момент подать на нее заявление в милицию, но у нас его не приняли за отсутствием доказательств.

Кстати, вскоре после моей встречи с другим врачом ему на почту пришло письмо от Резеды, где она называла меня женщиной с серьезными проблемами, а моих родных выставляла этакими моральными уродами, которые не хотят выносить сор из семьи  и не дают мне общаться с ней. В своем письме она была очень убедительна и адекватна. Врач, видимо, склонился на ее сторону и стал говорить мне, что я, возможно, неправильно все поняла. Общение с ним я прекратила сама.

Кстати, Резеда забыла упомянуть в письме о сеансе гипноза. Написала, будто я сама увязалась за ней в Тай, без ее ведома и одобрения, там напилась, выловила ее и рассказала ей об этом. Через некоторое время, когда я немного успокоилась и вернула себе интернет, обнаружила в почте массу письм от нее, кучу сообщений в соцсетях, где она постоянно пишет, что я нуждаюсь в помощи, даже если сама этого не понимаю, что я чуть ли не умру, если к ней не приду, что ей удалось раскрыть мои больные точки. Уж это-то точно.

Более того, она раздобыла почту мужа и писала и ему, чтобы он повлиял на ситуацию, и если он сознательный человек, то тут же отправит меня к ней долечиваться. Муж, умный человек, эти письма оставлял без ответа. Мне же не всегда удавалось не втягиваться в переписку, но я обычно всегда себя одергивала.

Кстати, на сайте о ней были хорошие отзывы. И о других ее "жертвах" я не знаю. Почему именно я и зачем? Вот что меня до сих пор гложет.

Голос - мой, история - не моя

Через несколько месяцев сестра организовала мой переезд к себе. Там мне удалось лечь в хорошую частную клинику. Я прошла настоящий курс гипноза, в ходе которого выяснилось, что никакой грязной истории в моем детстве не было, и что папа – самый лучший и прекрасный на свете отец. Мне очень больно думать о нем. Я не могу избавиться от мысли, что это я его убила. В записке он написал, что сильно скучает по маме и хочет с ней поскорее встретиться, но я думаю все же, что мои злые слова его толкнули в петлю. Никогда себе этого не прощу.

Когда лечилась, я поняла, что многое не помню о наших сеансах, о чем мы говорили и т.д. Только помню, что она всегда принимала мою сторону, хвалила меня, подталкивала на борьбу с обстоятельствами.

После лечения мне удалось найти хорошую работу. Я поняла, какой была дурой, наслушавшись Резеду про «свободное плавание». Я и так была в «свободном плавании», рабочий день свободный, в офис ходить не надо, можно работать из любой точки планеты. С клиентами общались специального обученные люди, а я делала свою работу и хорошо получала. А мне казалось, меня угнетают и эксплуатируют.

Резеда еще долго преследовала меня по почтам и соцсетям под разными никами и с разных аккаунтов. Я ей не отвечала. Но до сих пор не могу отделаться от ощущения, что она как-то невидимо наблюдает за моей жизнью, мониторит. Так же как до сих пор иногда думаю, а может все действительно было так, как сказала она, ведь в записи звучал мой голос. Где она взяла эту запись?

Как мне объясняли врачи, которые меня лечили после истории с Резедой, специалист, владеющий гипнозом, может "заставить" под гипнозом говорить или делать то, что ему нужно. Я пока не определилась со своей точкой зрения по этому поводу. Хочется верить.

Не понимаю и зачем ей врать, так страшно и так бессмысленно. Мой папа ей ничего не сделал, она никогда его не знала. Как можно так оболгать человека? И та ночь в Таиланде тоже мне покоя не дает – было что-то или не было?Я так и не знаю.

На записи был рассказ о том, что мы с папой одни дома, он ложится рядом, говорит - чтобы не страшно было спать (он действительно так делала, когда мы с сестрой были маленькие, ложился с нами на даче или в походах), а потом начинает меня трогать и так далее. И говорит, чтобы не рассказывала маме с сестрой, потому что я его самая любимая маленькая девочка и они расстроятся.

С одной стороны, звучит правдоподобно, хоть и никаких указаний уникальности истории нет, я ничего такого не говорила, что указывало бы на то, что это реальная история, которая действительно со мной произошла. Я не поверила до конца, но для меня доказательством был мой голос.

Мне хотелось поговорить об этом с папой, но я очень боялась найти какое-то подтверждение этой истории. Если б он опроверг, я бы сразу поверила ему. А его смерть оставила мне еще вопросы. Я так и металась долгое время, не зная, чему верить или не верить. Но у меня моих личных воспоминаний нет об этом. Я детство помню без деталей, но такое я бы запомнила, думаю. Я поверила Резеде, потому что она много доказательств из практики приводила, как дети забывают о случаях насилия в семье, "вытесняют в бессознательное", как она говорила.

И кстати, у меня не было никакого табу на секс. То что у меня было всего два мужчины, так я была постоянно занята, училась, работала, занималась спортом. Мне некогда было особо крутить романы. Но и с первым молодым человеком, и с мужем все отлично было в постели, ни стыда, ни запретов, все ко взаимному удовольствию.

Отпечаток от этой истории остался сильный. Я не могу понять, зачем она все это делала, и как это вообще возможно. Может, кто-нибудь мне это сможет объяснить.


  • 1
На этот момент я тоже обратила внимание, но решила не нагнетать. Хватит и описания этой тайской ночки.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account